Анумана сутта: Умозаключение

Так я слышал. Однажды достопочтенный Махамоггаллана проживал в стране Бхаггов возле Сунсумарагиры, роще Бхесакалы, в Оленьем парке. Там он обратился к монахам так:
«Друзья монахи!»

«Друг», – ответили они.
Достопочтенный Махамоггаллана сказал:

«Друзья, хотя монах просит так: «Пусть достопочтенные делают мне замечания, мне нужно, чтобы достопочтенные делали мне замечания» – всё же, если ему трудно делать замечания, и [если] он обладает качествами, из-за которых ему трудно делать замечания, если он нетерпелив и не следует наставлениям подобающе, то тогда его товарищам по святой жизни не следует делать ему замечания, наставлять его. Они считают его тем, кому нельзя доверять.

И из-за каких [его] качеств ему трудно делать замечания?

Вот монах имеет порочные желания и одолеваем порочными желаниями. Из-за этого качества ему трудно делать замечания.

Далее, монах восхваляет себя и принижает других…
Далее, монах злой и одолеваем злостью…
Далее, монах злой и негодующий из-за злости…
Далее, монах злой и упрямый из-за злости…
Далее, монах злой и говорит слова, граничащие со злостью…
Далее, монаха упрекают, и он противится тому, кто его упрекает…
Далее, монаха упрекают, и он клевещет на того, кто его упрекает…
Далее, монаха упрекают, и он упрекает упрекающего в ответ…
Далее, монаха упрекают, и он увиливает, уходит от разговора, проявляет злобу, ненависть и горечь…
Далее, монаха упрекают, и он не признаёт своего [неблагого] поведения…
Далее, монах надменный и кичливый…
Далее, монах завистливый и скупой…
Далее, монах неискренний и лживый…
Далее, монах упрямый и высокомерный…
Далее, монах придерживается своих собственных воззрений, прочно за них держится и оставляет их с трудом. Из-за этого качества ему трудно делать замечания.

Друзья, эти называются качествами, из-за которых ему трудно делать замечания.

Друзья, хотя монах не просит так: «Пусть достопочтенные делают мне замечания, мне нужно, чтобы достопочтенные делали мне замечания» – всё же, если ему легко делать замечания, и [если] он обладает качествами, из-за которых ему легко делать замечания, если он терпелив и следует наставлениям подобающе, то тогда его товарищам по святой жизни следует делать ему замечания, наставлять его. Они считают его тем, кому можно доверять.

И из-за каких [его] качеств ему легко делать замечания?

Вот у монаха нет порочных желаний, и он не одолеваем порочными желаниями. Из-за этого качества ему легко делать замечания.

Далее, монах не восхваляет себя и не принижает других…
Далее, монах не злой и не позволяет злобе одолеть его…
Далее, монах не злой и не негодующий из-за злости…
Далее, монах не злой и не упрямый из-за злости…
Далее, монах не злой и не говорит слов, граничащих со злостью…
Далее, монаха упрекают, и он не противится тому, кто его упрекает…
Далее, монаха упрекают, и он не клевещет на того, кто его упрекает…
Далее, монаха упрекают, и он не упрекает упрекающего в ответ…
Далее, монаха упрекают, и он не увиливает, не уходит от разговора, не проявляет злобу, ненависть и горечь…
Далее, монаха упрекают, и он не отказывается признавать своё [неблагое] поведение…
Далее, монах не надменный и не кичливый…
Далее, монах не завистливый и не скупой…
Далее, монах не неискренний и не лживый…
Далее, монах не упрямый и не высокомерный…
Далее, монах не придерживается своих собственных воззрений, не держится за них прочно, оставляет их с лёгкостью. Из-за этого качества ему легко делать замечания.

Друзья, эти называются качествами, из-за которых ему легко делать замечания.

И теперь, друзья, монаху следует сделать умозаключение в отношении себя таким образом:

«Тот, у кого порочные желания, и кто одолеваем порочными желаниями, – не мил и не приятен мне. Если бы у меня были порочные желания, если бы я был одолеваем порочными желаниями, то я был бы не мил и не приятен другим». Монах, который знает это, должен побудить свой ум следующим образом: «У меня не будет порочных желаний, я не буду одолеваем порочными желаниями».

«Тот, кто восхваляет себя и принижает других… придерживается своих собственных воззрений, прочно за них держится, и оставляет их с трудом – не мил и не приятен мне. Если бы я придерживался своих собственных воззрений... то я был бы не мил и не приятен другим». Монах, который знает это, должен побудить свой ум следующим образом: «Я не буду придерживаться своих собственных воззрений, не буду прочно за них держаться и буду оставлять их с лёгкостью».

И теперь, друзья, монаху следует пересматривать себя таким образом: «Есть ли у меня порочные желания, одолеваем ли я порочными желаниями?» Если, когда он пересматривает так, он знает: «У меня есть порочные желания, я одолеваем порочными желаниями», то тогда ему следует приложить усилие к оставлению этих плохих, неблагих состояний. Но если, когда он пересматривает так, он знает: «У меня нет порочных желаний, я не одолеваем порочными желаниями» – то тогда он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.

Далее, монаху следует пересматривать себя таким образом: «Восхваляю ли я себя и принижаю ли других?... придерживаюсь ли своих собственных воззрений, прочно ли за них держусь, и оставляю ли их с трудом?» Если, когда он пересматривает так, он знает… следует приложить усилие к оставлению этих плохих, неблагих состояний. Но если, когда он пересматривает так, он знает… день и ночь в благих состояниях.

Друзья, когда монах пересматривает себя таким образом, то если он видит, что эти плохие, неблагие состояния не все отброшены в нём, то тогда ему следует приложить усилие к отбрасыванию их всех. Но если, когда он пересматривает себя так, он видит, что они все отброшены в нём, то тогда он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.

Подобно мужчине или женщине – юной, молодой, которой нравятся украшения, которая изучает отражение своего лица в ярком чистом зеркале или в чаше с чистой водой, – если она увидит грязь или пятно на нём, она постарается устранить его. Если она не увидит ни грязи, ни пятна на нём, она будет рада: «Как прекрасно, что оно чистое!» Точно так же, когда монах пересматривает сам себя таким образом… может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях».

Так сказал достопочтенный Махамоггаллана. Монахи были довольны и восхитились словами достопочтенного Махамоггалланы.