Велама сутта: Велама

Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. И тогда домохозяин Анатхапиндика подошёл к Благословенному, поклонился ему и сел рядом. Благословенный спросил его:

«Дают ли подаяния в твоей семье, домохозяин?»

«Подаяния дают в моей семье, уважаемый, но они состоят из из дроблёного риса да рисовой каши».

«Если, домохозяин, кто-либо даёт подаяния грубой или превосходной [пищей], и даёт без уважения, без предварительного намерения, не собственными руками, даёт то, что будет выброшено, даёт, не думая о будущих последствиях, то когда созреет результат этого дара, ум этого человека не будет склоняться ни к наслаждению превосходной едой, ни к наслаждению превосходными средствами передвижения, ни к наслаждению всем превосходным среди пяти нитей чувственных удовольствий. Помимо прочего, его дети и жёны, рабы, слуги и работники не станут его слушать, не станут склонять к нему ухо, не станут направлять свои умы, чтобы понять [его]. И почему? Потому что таков результат действий, совершённых без уважения.

Если, домохозяин, кто-либо даёт подаяния грубой или превосходной [пищей], и даёт уважительно, с предварительным намерением, собственными руками, даёт то, что не будет выброшено, даёт, думая о будущих последствиях, то когда созреет результат этого дара, ум этого человека будет склоняться к наслаждению превосходной едой, к наслаждению превосходными средствами передвижения, к наслаждению всем превосходным среди пяти нитей чувственных удовольствий. Помимо прочего, его дети и жёны, рабы, слуги и работники станут его слушать, станут склонять к нему ухо, станут направлять свои умы, чтобы понять [его]. И почему? Потому что таков результат действий, совершённых с уважением.

В прошлом, домохозяин, жил один брахман по имени Велама. Он раздавал такие великие дары: (1) восемьдесят четыре тысячи золотых чаш, наполненных серебром; (2) восемьдесят четыре тысячи серебряных чаш, наполненных золотом; (3) восемьдесят четыре тысячи бронзовых чаш, наполненных слитками; (4) восемьдесят четыре тысячи слонов с золотыми украшениями, золотыми знамёнами, покрытые сетями из золотых нитей; (5) восемьдесят четыре тысячи колесниц, обитых шкурами львов, тигров, леопардов, с шафрановыми одеялами, с золотыми украшениями и золотыми знамёнами, покрытые сетями из золотых нитей; (6) восемьдесят четыре тысячи дойных коров с привязями из джута и бронзовыми бадьями; (7) восемьдесят четыре тысячи дев, украшенных драгоценными серьгами; (8) восемьдесят четыре тысячи лож, сделанных из слоновой кости, ядровой древесины, золота и серебра, что устланы покрывалами с длинным ворсом, украшены цветами, лучшими шкурами антилоп, с навесами и красными подушками по обеим сторонам; (9) восемьдесят четыре тысячи коти одежд из лучшего льна, лучшего шёлка, лучшей шерсти, лучшего хлопка. И стоит ли упомнить о еде, питье, закусках, блюдах, освежающих и хмельных напитках? Казалось, всё это льётся рекой.

И ты можешь подумать, домохозяин: «Этот брахман Велама, который тогда раздавал такие великие дары, был кем-то другим». Но тебе не следует так думать. Это я был брахманом Веламой, который тогда раздавал такие великие дары.

И в то время, когда совершались эти подаяния, домохозяин, не было никого, кто был бы достойным подношений, никого, кто бы очистил подношение. И куда более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, – было бы накормить одного человека, совершенного в воззрениях.

Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, и чем кормление ста человек, совершенных в воззрениях – было бы накормить одного однажды-возвращающегося.

Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама, и чем кормление ста однажды-возвращающихся – было бы накормить одного не-возвращающегося.

Ещё более плодотворным… чем кормление ста не-возвращающихся – было бы накормить одного араханта.

Ещё более плодотворным… чем кормление ста арахантов – было бы накормить одного паччекабудду.

Ещё более плодотворным… чем кормление ста паччекабудд – было бы накормить одного Татхагату, совершенного, полностью просветлённого.

Ещё более плодотворным… чем кормление Татхагаты, совершенного, полностью просветлённого – было бы накормить Сангху монахов, возглавляемую Буддой.

Ещё более плодотворным… чем кормление Сангхи монахов, возглавляемой Буддой – было бы построить жилище и посвятить его Сангхе четырёх сторон света.

Ещё более плодотворным… чем постройка жилища, посвящённого Сангхе четырёх сторон света – было бы с верующим умом принять прибежище в Будде, Дхамме, Сангхе.

Ещё более плодотворным… и чем принятие с верующим умом прибежища в Будде, Дхамме, Сангхе – было бы принятие пяти правил поведения: воздержания от убийства живых существ, воздержания от взятия того, что не дано, воздержания от неблагого поведения в чувственных удовольствиях, воздержания от лжи, воздержания от хмельного, вина, одурманивающих веществ, что являются основой для беспечности.

Ещё более плодотворным… и чем принятие пяти правил поведения... – было бы развитие доброжелательности даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] дёрнуть корову за вымя.

Ещё более плодотворным, чем то великое подношение, которое сделал брахман Велама; и чем кормление одного человека, совершенного в воззрениях; и ста человек, совершенных в воззрениях; и одного однаждывозвращающегося; и ста однажды-возвращающихся… и развитие доброжелательности даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] дёрнуть корову за вымя – было бы развитие восприятия непостоянства даже на [то краткое] время, за которое можно [лишь] щёлкнуть пальцами».