Шип

Патхама-сутта: ПерваяАН 1.41

[Благословенный сказал]: «Монахи, представьте, как шип от риса или ячменя торчал бы не в ту сторону и его придавили ногой или рукой. [Тогда] было бы невозможным, чтобы он пронзил руку или ногу [так, чтобы] выступила кровь. Почему? Потому что шип торчал не в ту сторону. Точно так же не может быть такого, чтобы монах с неправильно направленным умом мог бы пронзить неведение, породить истинное знание, реализовать ниббану. И почему? Потому что его (1) ум неправильно направлен».

Дутия-сутта: ВтораяАН 1.42

[Благословенный сказал]: «Монахи, представьте, как если бы шип от риса или ячменя торчал в нужную сторону и его придавили ногой или рукой. [Тогда] могло бы произойти так, что он поранил бы руку или ногу [так, чтобы] выступила кровь. Почему? Потому что шип торчал в нужную сторону. Точно так же для монаха с правильно направленным умом есть возможность пронзить неведение, породить истинное знание, реализовать ниббану. И почему? Потому что его (1) ум правильно направлен».

Татия-сутта: ТретьяАН 1.43

[Благословенный сказал]: «Монахи, охватив ум умственно испорченного человека своим умом, я понимаю, что если бы этот человек умер в этот самый момент, то он оказался бы в аду, как если бы его туда затянули силой. И почему? Потому что (1) его ум испорчен. Именно из-за умственной испорченности с распадом тела, после смерти, некоторые существа перерождаются в состоянии лишений, в несчастливом уделе, в нижних мирах, [даже] в аду».

Чатуттха-сутта: ЧетвёртаяАН 1.44

[Благословенный сказал]: «Монахи, охватив ум умственно спокойного человека своим умом, я понимаю, что если бы этот человек умер в этот самый момент, то он оказался бы в небесном мире, как если бы его туда затянули силой. И почему? Потому что (1) его ум спокойный. Именно из-за умственного покоя с распадом тела, после смерти, некоторые существа перерождаются в счастливом уделе, в небесном мире».

Паньчама-сутта: ПятаяАН 1.45

[Благословенный сказал]: «Монахи, представьте, как если бы вода в пруду была взбаламученной, мутной, непрозрачной. И человек с хорошим зрением, стоя на берегу, не видел бы ракушек, гравия и гальки, проплывающих и отдыхающих стай рыб. И почему? Потому что вода взбаламученная. Точно так же не может быть такого, чтобы монах с взбаламученным умом мог бы знать собственное благо, благо другого, благо обоих, или же реализовать сверхчеловеческую исключительность в знании и видении, что достойна благородных. И почему? Потому что (1) его ум взбаламучен».

Чхаттха-сутта: ШестаяАН 1.46

[Благословенный сказал]: «Монахи, представьте, как если бы вода в пруду была чистой, спокойной, прозрачной. И человек с хорошим зрением, стоя на берегу, мог бы видеть ракушки, гравий и гальку, проплывающие и отдыхающие стаи рыб. И почему? Потому что вода прозрачная. Точно так же для монаха с прозрачным умом есть возможность знать собственное благо, благо другого, благо обоих или же реализовать сверхчеловеческую исключительность в знании и видении, что достойна благородных. И почему? Потому что (1) его ум прозрачен».

Саттама-сутта: СедьмаяАН 1.47

[Благословенный сказал]: «Монахи, подобно тому как сандаловое дерево считается лучшим из деревьев в отношении уступчивости и податливости, точно так же я не вижу ни одной вещи (1), помимо ума, которая, будучи развитой и взращённой, была бы настолько уступчивой и податливой. Развитый и взращённый ум является уступчивым и податливым».

Аттхама-сутта: ВосьмаяАН 1.48

[Благословенный сказал]: «Монахи, я не вижу ни одной вещи (1), помимо ума, которая менялась бы так же быстро. Непросто привести пример, чтобы показать, насколько быстро меняется ум».

Навама-сутта: ДевятаяАН 1.49

[Благословенный сказал]: «Сияющий, монахи, этот (1) ум, но он загрязнён преходящими загрязнениями».

Дасама-сутта: ДесятаяАН 1.50

[Благословенный сказал]: «Сияющий, монахи, этот (1) ум, и он освобождён от преходящих загрязнений».