Бхиккхунуупассая сутта: Жилища монахинь

Так я слышал. Однажды достопочтенный Махакассапа проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. И тогда, утром, достопочтенный Ананда, одевшись, взяв чашу и внешнее одеяние, отправился к достопочтенному Махакассапе и сказал: «Идёмте же, достопочтенный Кассапа, пойдёмте к жилищам монахинь».

«Друг Ананда, [лучше] ты отправляйся [сам], ты занят многочисленными обязанностями».

И во второй раз достопочтенный Ананда сказал достопочтенному Махакассапе: «Идёмте же, достопочтенный Кассапа, пойдёмте к жилищам монахинь».

«Друг Ананда, [лучше] ты отправляйся [сам], ты занят многочисленными обязанностями».

И в третий раз достопочтенный Ананда сказал достопочтенному Махакассапе: «Идёмте же, достопочтенный Кассапа, пойдёмте к жилищам монахинь».

И тогда, утром, достопочтенный Махакассапа, одевшись, взяв чашу и внешнее одеяние, отправился к жилищам монахинь в сопровождении достопочтенного Ананды. По прибытии он сел на подготовленное сиденье. И тогда группа монахинь подошла к достопочтенному Махакассапе, они поклонились ему и сели рядом. По мере того как они сидели там, достопочтенный Махакассапа наставлял, понуждал, побуждал и радовал монахинь беседой о Дхамме, после чего встал со своего сиденья и ушёл.

И затем монахиня Тхуллатисса, будучи недовольной, объявила о своём недовольстве так: «Как может досточтимый Кассапа помышлять о том, чтобы говорить о Дхамме в присутствии досточтимого Ананды, мудреца из Видехи. Это ведь всё равно, что торговец иглами помышлял бы о том, чтобы продать иглу изготовителю игл!»

Достопочтенный Махакассапа случайно услышал, как монахиня Тхуллатисса объявила об этом, и сказал достопочтенному Ананде: «То есть как это так, друг Ананда? Это я – торговец иглами, а ты – изготовитель игл? Или, [быть может], я – изготовитель игл, а ты – торговец иглами?»

«Проявите терпение, достопочтенный Кассапа, женщины глупы».

«Спокойно, друг Ананда! Не давай Сангхе повода для будущего вопрошания тебя. Как ты думаешь, друг Ананда, тебя ли выделял Благословенный в присутствии Сангхи монахов, говоря: «Монахи, до той степени, до которой я пожелаю, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], я вхожу [в первую джхану] и пребываю в первой джхане, которая сопровождается направлением [ума на объект медитации] и удержанием [на нём], с восторгом и удовольствием, что возникли из-за [этой] отстранённости. Ананда тоже, до той степени, до которой он пожелает, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], входит в первую джхану и пребывает [в первой джхане]»?

«Нет, уважаемый».

«Меня, друг, выделял Благословенный в присутствии Сангхи монахов, говоря: «Монахи, до той степени, до которой я пожелаю... Кассапа тоже, до той степени, до которой он пожелает, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], входит [в первую джхану] и пребывает в первой джхане».

Тебя ли выделял Благословенный в присутствии Сангхи монахов, говоря: «Монахи, до той степени, до которой я пожелаю… я вхожу [во вторую джхану] и пребываю во второй джхане… третьей… четвёртой… сфере безграничного пространства… безграничного сознания… отсутствия всего… ни-восприятия-ни-не-восприятия… прекращении восприятия и чувствования… овладеваю различными видами сверхъестественных сил… слышу за счёт элемента божественного уха… знаю умы других существ… вспоминаю многочисленные прошлые жизни… вижу за счёт божественного глаза… за счёт уничтожения пятен [загрязнений ума], здесь и сейчас вхожу в незапятнанное освобождение ума…»?

«Нет, уважаемый».

«Меня, друг, выделял Благословенный в присутствии Сангхи монахов, говоря: «Монахи, за счёт уничтожения пятен [загрязнений ума], здесь и сейчас я вхожу в незапятнанное освобождение ума, освобождение мудростью, и пребываю в них, реализовав эти состояния для себя посредством прямого знания. Кассапа тоже, за счёт уничтожения пятен [загрязнений ума], здесь и сейчас входит в незапятнанное освобождение ума, освобождение мудростью, и пребывает в них, реализовав эти состояния для себя посредством прямого знания».

Друг, подобно тому, как кто-либо полагал бы, что огромного слона высотой в семь или в семь с половиной локтей можно было бы скрыть за пальмовым листом, точно так же он мог бы полагать, что мои шесть прямых знаний могут быть сокрыты».

Но монахиня Тхуллатисса отпала от святой жизни.