Агганнья сутта: О происхождении

Содержание:
1. Критика брахманов
2. Этап развёртывания мира
3. Происхождение сословий
Так я слышал. Однажды Благодатный остановился в Саваттхи в доме Матери Мигары, в Восточном Парке. В то время Васеттха и Бхарадваджа жили среди монахов, желая самим стать монахами. Вечером Благодатный закончил свою медитацию, вышел из дома и прогуливался в тени.

Васеттха увидел это и сказал Бхарадвадже: «Друг мой Бхарадваджа, Господин вышел и прогуливается. Давай подойдём к нему. Возможно, нам повезёт и мы услышим Учение из уст самого Благодатного». «Да, конечно», – сказал Бхарадваджа, так они подошли к Благодатному, поприветствовали его и совершили перед ним поклон.

Тогда Благодатный сказал Вассетхе: «Васеттха, вы оба рождены брахманами и воспитаны как брахманы, и вы ушли из дома, от семей брахманов и стали странниками. Не оскорбляют ли, не злословят ли вас брахманы?»

«Так и есть, Господин, брахманы и оскорбляют и злословят нас. Они не могут унять привычный для них поток упрёков».

«И что же именно они говорят, упрекая вас, Васеттха?»
Критика брахманов

«Господин, вот что говорят брахманы: «Только сословие брахманов – высшее, другие сословия – низшие; только у брахманов светлый цвет лица, у остальных он смуглый; только потомки брахманов чисты, не являющиеся же ими – нечисты; только брахманы – это истинные дети Брахмы, рождённые из его рта, рождённые от Брахмы, потомки Брахмы. А вы, вы покинули высшее сословие и перешли на низший уровень бритоголовых недалёких отшельников, смуглолицых рабов, невежд, рождённых от ноги Брахмы! Это неправильно, что вы, оставив высшее сословие, стали нищими бритоголовыми монахами, низкими [подобно рабам], смуглолицыми, ничтожествами, попираемыми ногами наших родственников». Такими словами брахманы, не скупясь и не сдерживаясь, упрекают и оскорбляют нас, Господин».

«Безо всякого сомнения, Васеттха, брахманы практически забыли свою древнюю традицию, раз они так говорят. Жёны брахманов известны своей плодовитостью, беременеют, рожают младенцев и кормят их грудью. И тем не менее, эти рождённые из женского лона брахманы заявляют, что они истинные дети Брахмы, рожденные изо рта Брахмы, что они являются его потомками, его творениями и наследниками! Этим они искажают природу Брахмы. То, что они говорят, – это ложь, и этим они заслуживают великое осуждение.

Вот, Васеттха, четыре сословия: кхаттии, брахманы, вессы, судды. В наши дни иногда кхаттий лишает жизни живых существ, ворует, ведёт себя непристойно, говорит ложь, клевещет, грубит, сплетничает, является жадным, злым, придерживается ложных взглядов и рассматривается как таковой. Всё это не должно быть так и рассматривается как недолжное, заслуживает осуждения и рассматривается как заслуживающее осуждения, должно избегаться и рассматривается как то, что следует избегать, является неподобающим для благочестивого человека и рассматривается как неподобающее; дурные качества с дурными плодами, осуждаемые мудрыми, иногда встречаются у кхаттиев. И мы можем сказать, что всё то же самое относится к брахманам, вессам и суддам.

Иногда же, кхаттий воздерживается от убийства, воровства, непристойной жизни, от лжи, клеветы, грубости, пустословия, жадности, злобы и ложных воззрений. Так, мы видим, что эти качества, которые являются и рассматриваются как нравственные, не приносящие вреда, не заслуживающие осуждения, истинно благочестивые, благие, приносящие благой плод, одобряемые мудрыми, можно иногда обнаружить у кхаттиев. И мы можем также сказать, что они относятся и к остальным сословиям – к брахманам, вессам и суддам.

Мы видим, Васеттха, что и благие и неблагие качества, которые соответственно одобряемы и осуждаемы мудрыми, неотделимо рассеяны среди четырёх сословий, и мудрые не признают притязание касты брахманов на то, что она высшая. Почему? Потому что, Васеттха, любой человек из четырех сословий, который становится монахом, Арахантом, который уничтожил порочность, который прожил жизнь и совершил то, что следует совершить, сложил с себя ношу, достиг блаженства, уничтожил оковы перерождения и достиг освобождения при помощи высшей мудрости – он провозглашен высшим среди них на основании Закона.

Ведь Закон, Васеттха, – это лучшее для людей,
В этой жизни и в следующих.

Этот пример поможет понять тебе, Васеттха, что значит Закон – лучшее в этой жизни и в следующих. Царь Косалы Пасенади знает, что отшельник Готама произошёл из соседнего клана Сакья. Теперь Сакья стали подданными царя Косалы. Они смиренно служат и почтительно кланяются ему, встают и выражают ему почтение, принимают его с почестями. Точно так же Царь смиренно служит Татхагате, думая: «Разве отшельник Готама не из благородного рода? Значит, я не из благородного рода. Отшельник Готама силён, а я слаб. На него приятно смотреть, я же вызываю отвращение. Отшельник Готама обладает великой властью, я же маловлиятелен. Всё это потому, что царь почитает Закон, уважает Закон, почтительно преклоняется перед Законом, чтит Закон как святыню. Вот почему Царь Пасенади скромно служит Татхагате, встаёт и почтительно кланяется ему и принимает его с почестями. Этот пример помогает понять, что:

Закон – это лучшее для людей,
В этой жизни и в следующих.

Васеттха, всем вам, которые различны от рождения, разны по имени, клану и семье, которые ушли от домашней жизни и стали странниками, могут задать вопрос «Кто вы?» Тогда вам следует ответить: «Мы отшельники, последователи Того, который принадлежит роду Сакья». Тот, Васеттха, чья вера в Татхагату появилась, укоренилась, утвердилась, стала твёрдой, не может быть поколеблена ни аскетами, ни брахманами, ни божествами, ни Марой, ни Брахмой, никем в мире, тот может истинно сказать: «Я истинный сын Возвышенного, рождённый из его рта, рождённый от Закона, сотворённый Законом, наследник Закона». Почему так? Потому что, Васеттха, это обозначения Татхагаты: Принадлежащий Закону, принадлежащий Высочайшему, единый с Законом и единый с Высочайшим.
Этап развёртывания мира

Наступит время, Васеттха, раньше или позже, когда после долгого периода времени этот мир исчезнет. И когда это происходит, существа большей частью перерождаются в Мире Сияния. И там они обитают, бестелесные, питаясь блаженством, светя собственным светом, перемещаясь по воздуху, оставаясь в сиянии – и они пребывают в таком состоянии очень долгое время. Затем, рано или поздно, через очень долгое время, наступает момент, когда этот мир снова начинает развиваться. Когда это происходит, существа, закончившие своё существование в Мире Сияния, большей частью перерождаются людьми. И они становятся бестелесными, питаются блаженством, светятся собственным светом, передвигаются по воздуху, продолжают находиться в сиянии – и они остаются такими очень долгое время.

В то время весь мир представлял собой единую массу воды и стояла темнота, ослепительная темнота. Ни луна, ни солнце, ни звёзды, ни созвездия ещё не появились, не различались ни день, ни ночь, ни месяцы, ни половины месяца, ни годы, ни времена года; не было ни мужчин, ни женщин, существа считались просто существами. И рано или поздно, Васеттха, через очень долгий промежуток времени, аппетитная земля появилась над водами, где жили эти существа. Земля появилась подобно пенке, которая формируется на поверхности риса, сваренного в молоке, когда он остывает. У неё был цвет, запах и вкус. У неё был цвет великолепного топленого масла, и она была очень сладкая, как безупречный дикий мёд.

Затем, Васеттха, одно прожорливое существо сказало: «Слушайте, что это такое?» и взяло вкусной земли на палец и попробовало на вкус. Так, существо ощутило вкус земли и им овладело страстное желание [есть её]. Затем, по его примеру, другие существа также стали пробовать землю на вкус, беря её на палец. Им также понравился её вкус и ими овладело страстное желание [есть её]. Затем эти существа, отделяя руками кусочки земли, стали наслаждаться её вкусом. В результате этого их светоносность исчезла. И вследствие того, что исчез их собственный свет, появились солнце и луна, затем звёзды и созвездия. Затем стали различаться ночь и день, месяцы и половины месяцев, год и времена года. До такой степени, Васеттха, снова расширился мир.

И эти существа, Васеттха, долгое время продолжали наслаждаться этой приятной на вкус землёй, питаясь ею. И поскольку они так питались, у них появились тела. Одни были красивы, другие уродливы. И красивые стали презирать некрасивых, думая: «Мы красивее, чем они». И поскольку они стали тщеславными и начали гордиться своею внешностью, вкусная земля исчезла. И они собрались вместе и стали причитать: «О, этот вкус! О, этот вкус!» и так в наши дни, когда люди говорят «О, этот вкус!» когда они находят что-то приятное, они повторяют древнейшие слова, даже не осознавая этого.

Затем, Васеттха, когда вкусная земля исчезла, начали расти грибы. У них был цвет, запах и вкус. Они были цвета качественного топленого масла и очень сладкими, как чистейший дикий мёд. И эти существа начали есть эти грибы. И они наслаждались ими очень долгое время. И по мере того как они продолжали так питаться, их тела и далее продолжали становиться более грубыми, и различия во внешнем облике становились ещё более заметными. Одни становились красивее, а другие уродливее. И красивые презирали некрасивых, думая: «Мы красивее их, они не такие красивые как мы». И поскольку они стали тщеславными и начали гордиться своею внешностью, сладкие грибы исчезли. Затем появились ползучие растения, растущие быстро, подобно бамбуку, и у них был цвет, запах и вкус. Они были цвета качественного топленого масла и очень сладкими, как чистейший дикий мёд.

И эти существа, Васеттха, стали питаться этими ползучими растениями. И они наслаждались ими очень долгое время. И по мере того как они продолжали так питаться, их тела и далее продолжали становиться более грубыми, и различия во внешнем облике становились ещё более заметными, так что, как и раньше, красивые презирали некрасивых. И когда они, гордые своей красотой, стали ещё более тщеславными, ползучие растения также исчезли. Тогда они собрались вместе и стали причитать, плача: «Какие у нас были растения! Увы, теперь они исчезли! Что же мы потеряли!» – и в наши дни, когда один человек спрашивает другого, почему он расстроен, и другой отвечает ему: «О, увы! Что же мы потеряли!», они повторяют древнейшие слова, даже не осознавая этого.

И затем, Васеттха, после того как исчезли ползучие растения, на открытых местах стал созревать рис, без пыли и без шелухи, со сверкающими и чистыми зёрнами. И там, где они собирали рис для ужина вечером, он снова прорастал и созревал к утру, и там, где они собирали для завтрака утром, он созревал и вырастал к вечеру.

И эти существа стали питаться этим рисом и это длилось очень долгое время. И по мере того как они, питаясь таким образом, продолжали жить, их тела становились всё грубее и различие во внешнем облике между ними стало ещё более ярковыраженным. У женщин появились женские отличительные черты, а у мужчин – мужские. Затем женщины стали вблизи рассматривать мужчин, а мужчины – женщин. Так, по мере того как они рассматривали друг друга вблизи, в них появилось вожделение, и они стали сгорать от страсти. И начали поддаваться страсти. И другие существа, которые видели их [делающими это], стали бросать в них грязь, пепел или навоз, крича: «Сдохните, глупцы! Сдохните, глупцы! Как может одно существо делать такое с другим!» Даже сегодня, в некоторых областях, когда выводят невестку, некоторые люди бросают в неё грязь, другие пепел, третьи навоз, не осознавая того, что они повторяют древнейший ритуал.

То, что в те дни, Васеттха, считалось безнравственным, в наши дни считается хорошим. И тех существ, которые в то время поддавались страстям, не пускали после этого в деревню или в город на протяжение месяца или двух. И поскольку этих существ в то время осуждали за безнравственность, им пришлось начать строить себе жилища, чтобы утаить свою безнравственность.

Затем, Васеттха, случилось так, что одно из существ, склонных к лени, подумало: «Так, зачем мне хлопотать, собирая рис вечером для ужина и утром для завтрака? Почему бы не собрать его один раз сразу для обоих приёмов пищи?» В один из дней он так и сделал. Затем к нему пришел другой и сказал: «Друг, пойдём собирать рис». «Не надо, друг мой, я собрал достаточно для ужина и для завтрака». Тогда тот, следуя его примеру, собрал достаточно риса сразу для двух дней, сказав: «Говорят, этого должно хватить». Затем другое существо пришло к нему и сказало: «Пойдём собирать рис». «Ни к чему это, друг мой, я собрал достаточно для двух дней... четырёх дней.... восьми дней».

С того времени, Васеттха, как эти существа начали питаться заготовленным рисом, чистые зерна стали покрываться пылью, шелуха начала покрывать зерно, и там, где оно было собрано, уже не росло вновь, и появилось пустое место, и рис стал расти на отдельных участках.

Затем те существа, Васеттха, собрались вместе, причитая: «Безнравственные привычки стали обычными среди нас. Ведь вначале мы были бестелесными, питались блаженством, светились собственным светом, перемещались по воздуху, были красивыми; мы оставались такими очень долгое время. Затем, рано или поздно, после очень долгого времени, над водой появилась аппетитная земля, имеющая цвет, аромат и вкус. Мы стали трудиться, разделяя её на куски, и наслаждались ею. По мере того, как мы делали это, наша светоносность исчезла. Появились луна и солнце, звезды и созвездия, день и ночь, месяцы и половины месяцев, времена года и годы. Продолжая питаться землёй, наслаждаясь ею, мы прожили очень долгое время. Но поскольку дурные и безнравственные привычки стали распространяться среди нас, вкусная земля исчезла. Затем появились грибы, имеющие цвет, аромат и вкус. Мы начали питаться ими, и, наслаждаясь ими, прожили очень долгое время. Но когда дурные и безнравственные привычки появились среди нас, грибы исчезли. Затем появились ползучие растения, обладающие цветом, ароматом и вкусом. Мы стали наслаждаться ими, и, питаясь ими, мы прожили очень долгое время. Но как только дурные и безнравственные привычки стали преобладать среди нас, растения также исчезли. Затем на открытых местах появился и стал созревать рис, без пыли, без шелухи, с чистыми, блестящими зернами. В тех местах, где мы собирали его для ужина, к завтраку он созревал снова. [И не было пустых мест, он рос повсюду.] Питаясь этим рисом, наслаждаясь им, мы прожили очень долгое время. Но из-за того, что дурные и безнравственные привычки появились среди нас, пыль и шелуха стали покрывать чистые зёрна, и там, где они были собраны, больше уже не созревали. Появились пустые места и рис стал расти на отдельных участках. Давайте теперь поделим рисовые поля и проведём на них границы!» И так они поделили рисовые поля и провели границы.

Затем, Васеттха, одно жадное существо, охраняя свой собственный надел земли, взяло другой надел, который ему не принадлежал, и стало им пользоваться. Тогда существа схватили его и сказали: «Дорогой друг, ты совершил безнравственный поступок, взяв надел другого и начав пользоваться им! Смотри, чтобы ты больше не поступал так!» «Не буду», – сказал он, но сделал так же во второй и в третий раз. Его снова поймали и сделали ему выговор, и одни побили его кулаками, другие комьями земли, и третьи палками. И так, Васеттха, появилось воровство, осуждение и ложь, и люди узнали, что такое наказание.

Затем те существа собрались вместе и стали причитать: «Поскольку умножаются наши злые поступки, такие как вороство, осуждение и ложь, и появилось наказание, то может быть нам выбрать кого-то, кто проявлял бы гнев, когда он необходим, судил бы тех, кто это заслужил и изгонял бы тех, которые должны быть изгнаны? А мы, с нашей стороны, будем отдавать ему за это часть риса». Так они подошли к одному из них, тому, который был самый солидный, самый красивый внешне, самый приятный и способный, и сказали ему: «Дорогой друг, выражай свое неодобрение, когда кого-то нужно осудить по справедливости, изгоняй того, который заслуживает изгнания. А мы будем тебе отдавать за это часть риса». И он согласился, и стал так делать, и они стали отдавать ему часть риса.
Происхождение сословий

«Избранный всем народом» – вот что обозначали слова «Маха Саммата»; так, «Маха Саммата» было самым первым званием, которое следовало ввести [для такого человека]. «Господин полей» – вот что обозначало слово «Кхаттий». Так, «Кхаттий» было второе подобное звание, которое следовало ввести. И «Он Радует Других Священным Законом» обозначало «Раджу»; это было третье звание, которое нужно было ввести.

Таково, Васеттха, было происхождение сословия кхаттиев, в соответствии с древними званиями, которые были введены для них. Они происходили из таких же существ, как мы с тобой, живших рядом с ними и не отличавшихся [от них], и это было сделано [по всей справедливости] в соответствии с Законом, не вопреки ему. Потому что, Васеттха,

Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

Затем произошло так, что некоторые существа подумали: «Злые поступки появились среди нас, такие как воровство, осуждение, ложь, наказание и изгнание. Давайте положим конец злу и безнравственным поступкам». И они так и сделали. «Они Положили Конец Злу и Безнравственным Поступкам», Васеттха, было значением слова «Брахман», которое является первым званием, для обозначения тех, которые так поступают. Они стали строить себе в лесу жилища из листьев и медитировали в них. Затушив огонь, оставив свою ступку и толкушку, взяв еды утром для завтрака, а вечером для ужина, они отправлялись в деревню, в город или в столицу в поисках пропитания. Добыв себе пищу, они возвращались обратно в свои хижины, чтобы медитировать. Когда люди видели это, они говорили: «Эти добрые существа, построив себе жилища из листьев, медитируют в них. Их огонь затушен, дыма больше не видно, толкушки выпали из их рук; они собирают вечером еду для ужина, а утром для завтрака, и отправляются в деревню, город или столицу в поисках пропитания. Добыв себе пищу, они возвращаются обратно медитировать дальше». «Они медитируют» – вот значение слова «Джхаяка», которое является вторым званием, которое следовало ввести.

Однако, некоторые из этих существ, не способные к медитации в хижинах из листьев, поселились на окраинах городов и деревень и стали составлять книги. Когда люди увидели это, они сказали: «Они, будучи неспособны к медитации в лесных жилищах, пришли и поселились на окраинах деревень и городов и пишут книги. Но они не умеют медитировать». «Те, Которые Не Медитируют» – это значение слова «Адджхаяка», которое является третьим званием для обозначения подобных людей. В то время носящие это звание считались низшими, а в наши дни считаются высшими.

Таково, Васеттха, было происхождение сословия брахманов, в соответствии с древними званиями, которые были введены для них. Они происходили из таких же существ, как мы с тобой, живших рядом с ними и не отличавшихся [от них], и это было сделано [по всей справедливости] в соответствии с Законом, не вопреки ему. Ведь, Васеттха,
Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

И затем, Васеттха, некоторые из этих существ, женившись, освоили различные ремесла, и «различные» – это и есть значение слова «Весса», которое стало названием для таких людей. Таково происхождение сословия вессов, Васеттха, в соответствии с древними званиями, которые были введены для них. Они происходили из таких же существ, как они сами, не отличающихся [от них], и это было сделано [по всей справедливости] в соответствии с Законом, а не вопреки ему. Ведь, Васеттха,
Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

И затем, Васеттха, те существа, которые остались, занялись охотой. «Те, Которые Живут Охотой» – таким было значение слова «Судда», которое стало обычным названием для таких людей. Таково происхождение сословия судд, Васеттха, в соответствии с древними званиями, которые были введены для них. Они происходили из таких же существ, как они сами, не отличающихся [от них], и это было сделано [по всей справедливости] в соответствии с Законом, а не вопреки ему. Ведь, Васеттха,
Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

И затем, Васеттха, случилось так, что один кхаттий, неудовлетворённый своим собственным законом, оставил свой дом и стал странником, сказав: «Я стану отшельником». Подобным же образом поступил один брахман, так же сделал один весса и так же один судда. И из этих четырех сословий произошло братство отшельников. Они происходили из таких же существ, как они сами, не отличающихся [от них], и в соответствии с Законом, а не вопреки ему. Ведь, Васеттха,
Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

И кхаттий, Васеттха, который вёл недостойную жизнь телом, речью и мыслью, и который имел неверные воззрения, вследствие своих неверных воззрений и деяний, после того как после смерти распадется его тело, переродится в ущербном состоянии, с несчастливой судьбой, низверженным, в страдании. Также и брахман... весса… судда, который вёл недостойную жизнь телом, речью и мыслью, и который имел неверные воззрения, вследствие своих неверных воззрений и деяний, после того как после смерти распадется его тело, переродится в ущербном состоянии, с несчастливой судьбой, низверженным, в страдании.

Подобным образом, кхаттий, который вел достойную жизнь телом, речью и мыслью, и который обладал верными воззрениями, вследствие этих верных воззрений и деяний, когда его тело распадется после смерти, переродится с хорошей судьбой, в счастливом сияющем мире. Также и брахман... весса... судда, который вёл достойную жизнь телом, речью и мыслью, и который обладал верными воззрениями, вследствие этих верных воззрений и деяний, когда его тело распадется после смерти, переродится с хорошей судьбой, в счастливом сияющем мире.

Кхаттий, который совершал деяния обоих видов телом, речью и мыслью, и чьи взгляды смешанные, вследствие этих смешанных взглядов и деяний, когда его тело распадется после смерти, будет испытывать и счастье и страдание. Также и брахман... весса... судда, который совершал деяния обоих видов телом, речью и мыслью, и чьи взгляды смешанные, вследствие этих смешанных взглядов и деяний, когда его тело распадется после смерти, будет испытывать и счастье и страдание.

Кхаттий, который обуздывал свое тело, речь и мысль, и который развил семь факторов просветления, достигнет полного угасания зла в себе в этой жизни.

И, Васеттха, любой из этих четырёх сословий, который, будучи монахом, стал арахантом, который уничтожил порочность, совершил то, что нужно было совершить, снял с себя ношу, достиг высшей цели, полностью преодолел оковы становления, и стал освобождённым в результате высочайшего озарения, он объявляется высшим среди них в соответствии с Законом, а не вопреки ему. Ведь, Васеттха,
Закон – это лучшее для людей.
В этой жизни и в следующих.

Васеттха, Брахма Сананкумара произнёс такой стих:

«Кхаттий – лучший из народа,
Для тех, кто верит его роду.
Но если добродетелью и мудростью украшен,
То всех людей и духов он намного краше».

Эти строки спеты совершенно верно и несут пользу.
Я говорю то же, Васеттха:
«Кхаттий – лучший из народа,
Для тех, кто верит его роду.
Но если добродетелью и мудростью украшен,
То всех людей и духов он намного краше».

Так сказал Благодатный. Васеттха и Бхарадваджа были восхищены и обрадованы тем, что сказал Благодатный.

Бодхисатта Випасси становится Буддой

И затем, монахи, Бодхисатта подумал: «Что наличествует, что происходит старение и смерть? Что является условием старения и смерти?» И тогда, монахи, в результате той мудрости, что появилась за счёт глубокого рассмотрения, к нему пришло озарение: «Рождение наличествует, когда происходит старение и смерть. Рождение – это условие для старения и смерти».

Затем он подумал: «Что является причиной рождения?» И к нему пришло озарение:
«Становление является причиной рождения»...
«Что является причиной существования?»..
«Цепляние является причиной cуществования»..
«Что является причиной цепляния?»..
«Жажда является причиной цепляния»..
«Что является причиной жажды?»..
«Чувствование является причиной жажды»..
«Что является причиной чувствования?»..
«Контакт является причиной чувствования»...
«Что является причиной контакта?»..
«Шесть чувственных опор являются причиной контакта»...
«Что является причиной шести чувственных опор?»..
«Имя-и-форма являются причиной шести чувственных опор»...
«Что является причиной имени-и-формы?».
«Сознание является причиной имени-и-формы»...
«Что является причиной сознания?»..
И тогда, монахи, в результате той мудрости, что появилась за счёт глубокого рассмотрения, к нему пришло озарение: «Имя-и-форма являются причиной сознания».

И тогда, монахи, Бодхисатта Випасси подумал: «Это сознание опирается на имя-и-форму и не уходит куда-либо дальше. Вот до какой степени существует рождение и распад, существует смерть и смена состояний, существует перерождение – то есть имя-и-форма является причиной сознания, а сознание является причиной имени-и-формы. Имя-и-форма является причиной шести чувственных опор, шесть чувственных опор являются причиной контакта. Контакт является причиной чувствования, а чувствование является причиной жажды. Жажда является причиной цепляния, а цепляние – причиной cуществования. Существование является причиной рождения, а рождение является причиной старения и смерти, печали, стенания, боли, горя и отчаяния. Вот как происходит вся эта груда страданий». И мысль «возникновение, возникновение» появилась в уме Бодхисатты Випасси, вместе с прозрением в то, чего прежде никто не познавал – появилось знание, мудрость, осведомлённость и свет.

Затем он подумал: «А что отсутствует, что не случается старение и смерть? С прекращением чего происходит прекращение старения и смерти?» И затем в результате той мудрости, что появилась за счёт глубокого рассмотрения, к нему пришло озарение: «Рождение отсутствует, что не случается старение и смерть. С прекращением рождения происходит прекращение старения и смерти».
«С прекращением чего происходит прекращение рождения?»
«С прекращением cуществования происходит прекращение рождения»
«С прекращением чего происходит прекращение cуществования?»
«С прекращением цепляния происходит прекращение cуществования»
«С прекращением чего происходит прекращение цепляния?»
«С прекращением жажды происходит прекращение цепляния»
«С прекращением чего происходит прекращение жажды?»
«С прекращением чувствования происходит прекращение жажды»
«С прекращением чего происходит прекращение чувствования?»
«С прекращением контакта происходит прекращение чувствования»
«С прекращением чего происходит прекращение контакта?»
«С прекращением шести чувственных опор происходит прекращение контакта»
«С прекращением чего происходит прекращение шести чувственных опор?»
«С прекращением имени-и-формы происходит прекращение шести чувственных опор»
«С прекращением чего происходит прекращение имени-и-формы?»
«С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы»
«С прекращением чего происходит прекращение сознания?»
«С прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания».

Тогда Бодхисатта Випасси подумал: «Я нашёл путь прозрения в просветление, то есть:

«С прекращением имени-и-формы прекращается сознание. С прекращением сознания прекращается имя-и-форма. С прекращением имени-и-формы прекращаются шесть чувственных опор. С прекращением шести чувственных опор прекращается контакт. С прекращением контакта прекращается чувствование. С прекращением чувствования прекращается жажда. С прекращением жажды прекращается цепляние. С прекращением цепляния прекращается cуществование. С прекращением cуществования прекращается рождение. С прекращением рождения прекращается старение и смерть, печаль, стенание, боль, грусть и отчаяние. Так прекращается вся эта груда страданий». И мысль «прекращение, прекращение» возникла в Бодхисатте Випасси, вместе с прозрением в то, что прежде никто не познавал – появилось знание, мудрость, осведомлённость и свет.

Затем, монахи, в другое время Бодхисатта Випасси пребывал в созерцании происхождения и исчезновения пяти совокупностей цепляния: «Таково это тело, таково его появление, таково его исчезновение. Таково чувство… таково восприятие… таковы умственные формации… таково сознание, таково его появление, таково его исчезновение». И за счёт того, что он продолжал созерцание происхождения и исчезновения пяти совокупностей цепляния, вскоре его ум полностью освободился от загрязнений.

Решение Будды Випасси обучать Дхамме

И тогда, монахи, Благословенный, совершенный, полностью просветлённый Будда Випасси подумал: «Что если я буду теперь учить Дхамме?» Мысль пришла к нему: «Дхамма, что я постиг, глубока, трудна для понимания и постижения, умиротворённая, великая, за пределами мышлений, возвышенная, может быть познана только мудрыми. А эти люди восторгаются цеплянием, радуются ему, потворствуют ему. Но для тех, кто восторгается, радуется и потворствует цеплянию, будет трудно увидеть эту Дхамму – а именно – взаимозависимую природу вещей, взаимозависимое возникновение. Точно так же сложно увидеть успокоение всех формаций, оставление всех основ для перерождения, устранение жажды, бесстрастие, прекращение, ниббану. Если бы я стал обучать этой Дхамме других, они бы не поняли меня, и это было бы проблемно и тяжко для меня».

И затем случилось так, что Благословенный Будда Випасси спонтанно придумал эти строфы, прежде не слышанные:

«Зачем объяснять то, что я постиг?
Те, кто полны похоти и злобы никогда не поймут.
Поток, ведущий к этой Дхамме утончён, глубок.
Трудно понять его, увидеть может лишь тот,
Кого не ослепила страсть».

Как только Благословенный Будда Випасси произнёс это, его ум склонился к бездействию, а не к решимости обучать Дхамме. И тогда, монахи, мысли Благословенного Будды Випасси стали известны в сознании одного великого брахмы. И брахма подумал: «Этот бренный мир падёт из-за решения Випасси, Благословенного, Араханта, Полностью Пробуждённого Будды бездействовать, а не учить Дхамме!»

Так этот великий брахма, подобно тому, как сильный человек согнул бы выпрямленную руку, или же выпрямил согнутую, исчез из мира брахм и появился перед Благословенным Буддой Випасси. Поместив одеяние на одно плечо, и склонившись, присев на правое колено, он поприветствовал Благословенного Будду Випасси сложенными вместе ладонями, и сказал: «Господин, пусть Благословенный учит Дхамме, пусть Великий учит Дхамме! Есть существа, у которых мало пыли в глазах, которые падут, не услышав Дхаммы. Пусть они станут знающими Дхамму!»

И тогда Благословенный Будда Випасси объяснил: «Дхамма, что я постиг, глубока, трудна для понимания и постижения, умиротворённая, великая, за пределами мышлений, возвышенная, может быть познана только мудрыми. А эти люди восторгаются цеплянием, радуются ему, потворствуют ему. Но для тех, кто восторгается, радуется и потворствует цеплянию, будет трудно увидеть эту Дхамму – а именно – взаимозависимую природу вещей, взаимозависимое возникновение. Точно так же сложно увидеть успокоение всех формаций, оставление всех основ для перерождения, устранение жажды, бесстрастие, прекращение, ниббану. Если бы я стал обучать этой Дхамме других, они бы не поняли меня, и это было бы проблемно и тяжко для меня».

И во второй раз великий брахма попросил… И в третий раз великий брахма попросил Благословенного Будду Випасси обучать. И тогда Благословенный Будда Випасси, признав просьбу брахмы, движимый состраданием к существам, окинул мир взором Будды. И он увидел существ, у которых было мало пыли в глазах, и много пыли в глазах; с сильными качествами и со слабыми; с хорошими возможностями и с плохими; тех, кого легко обучать и тех, кого трудно – и некоторые из них жили в страхе перед совершением проступков и в страхе перед следующим миром. И подобно тому, как в пруду с голубыми, розовыми и белыми лотосами, некоторые лотосы рождаются и растут в воде, и могут расцвести в воде, так и не выйдя на поверхность; некоторые могут подняться до поверхности воды; а некоторые могут приподняться над водой, не запятнанные ею – точно так же, монахи, Благословенный Будда Випасси, окинув мир взором Будды, увидел существ, у которых было мало пыли в глазах, и много пыли в глазах; с сильными качествами и со слабыми; с хорошими возможностями и с плохими; тех, кого легко обучать и тех, кого трудно – и некоторые из них жили в страхе перед совершением проступков и в страхе перед следующим миром.

И тогда, познав его мысль, великий брахма обратился к Благословенному Будде Випасси этими строфами:

«Как путник на горной вершине взирает вниз на толпу,
Так и мудрец, видя всё, смотрит вниз с высот Дхаммы!
Свободный от скорби смотрит на тех, кто в горе погряз,
Подавленных рождением и старостью.
Восстань, Герой, Победитель, Вожатый Каравана, пройди по миру!
Учи, О Великий, Дхамме, и они поймут».

И Благословенный Будда Випасси ответил Брахме строфой:

«Открыты врата в бессмертие!
Пусть тот, кто слышит, взрастит свою веру.
Из-за боязни беспокойства я не решался проповедовать
Чудесную Дхамму людям, о брахма!»

Тогда великий брахма, подумав: «Я сделал так, что Благословенный Будда Випасси начнёт учить Дхамме», поклонился ему и, обойдя его с правой стороны, исчез.

Сангха Будды Випасси

Тогда Благословенный Будда Випасси подумал: «Кого же первым обучить этой Дхамме? Кто сможет быстро понять её?» И мысль пришла к нему: «Кханда – царский сын, и Тисса – сын жреца, что проживают в царской столице Бандхумати. Они мудры, научены, опытны и долгое время живут лишь с малой пылью в своих глазах. Если сейчас я обучу Дхамме вначале Кханду, а затем Тиссу, то они быстро поймут её». И так Благословенный Будда Випасси, так быстро, как сильный человек распрямил бы согнутую руку или согнул бы распрямлённую – исчез из-под дерева, под которым обрёл Просветление, и появился в царской столице Бандхумати в оленьем парке Кхемы.

И Благословенный Будда Випасси обратился к садовнику: «Садовник, отправляйся в Бандхумати и скажи царевичу Кханде и сыну жреца Тиссе следующее: «Почтенные, Випасси – Благословенный, Арахант, полностью просветлённый Будда появился в Бандхумати и пребывает сейчас в оленьем парке Кхемы. Он желает вас видеть».

«Хорошо, Почтенный» – сказал садовник и отправился донести известие.

Тогда Кханда и Тисса, снарядив лучшие колесницы, выехали из Бандхумати к оленьему парку Кхемы. Они заехали так далеко, как могли, а затем спешились и отправились пешком, пока не пришли к Благословенному Будде Випасси. Когда они подошли к нему, они поклонились и сели рядом.

И тогда Благословенный Будда Випасси дал им последовательную проповедь о щедрости, о нравственности, о небесных мирах, об опасностях, низости и порочности чувственных желаний, а также о благе отречения. И когда Благословенный Будда Випасси увидел, что умы Кханды и Тиссы стали готовыми, податливыми, освобождёнными от помех, радостными и умиротворёнными, он поведал им особое учение Будды: о страданиях, о их причине, о их прекращении и о пути. И подобно тому, как на незапятнанную ткань великолепно ложится краска, точно так же и у сидящих на этом самом месте царевича Кханды и сына жреца Тиссы возникло чистейшее и незапятнанное Око Дхаммы, и они осознали: «Всё, что возникает – подвержено прекращению».

И они, увидев, постигнув, пережив и проникнув в Дхамму, вышли за пределы сомнений и обрели совершенную веру в Учение Будды, не полагаясь в этом на других, и сказали:

«Великолепно, Господин! Превосходно! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно так же Благословенный различными способами прояснил Дхамму. Мы принимаем прибежище в Будде и в Дхамме. Пусть мы получим [монашеское] посвящение от самого Благословенного, можем ли мы получить посвящение!»

И так царевич Кханда и сын жреца Тисса получили монашеское посвящение от самого Благословенного. И тогда Благословенный Будда Випасси наставлял их лекциями по Дхамме, воодушевлял их, поощрял и восхищал их, объясняя опасности, низости и порочности обусловленных вещей и благо Ниббаны. И посредством воодушевления, поощрения и восхищения этой лекцией, вскоре их умы полностью освободились от загрязнений.

И огромная толпа восьмидесяти четырёх тысяч человек из Бандхумати узнала о том, что Благословенный Будда Випасси пребывает в оленьем парке Кхемы, и что Кханда и Тисса обрили волосы и бороды, надели жёлтые одежды и оставили мирскую жизнь, став бездомными аскетами. И они подумали: «Нет сомнений в том, что это не простое учение и дисциплина, необычный уход из мирской жизни, ради чего царевич Кханда и сын жреца Тисса обрили волосы и бороды, надели жёлтые одежды и оставили мирскую жизнь, став бездомными аскетами. Если они сделали это пред Благословенным Буддой Випасси, то почему не можем и мы? И так огромная толпа восьмидесяти четырёх тысяч человек вышла из Бандхумати и направилась к оленьему парку Кхемы, где пребывал Благословенный Будда Випасси. Когда они пришли, они поклонились ему и сели рядом.

И тогда Благословенный Будда Випасси дал им последовательную проповедь о щедрости, о нравственности, о небесных мирах, об опасностях, низости и порочности чувственных желаний, а также о благе отречения. И подобно тому, как на незапятнанную ткань великолепно ложится краска, точно так же и у сидящей на этом самом месте толпы о восьмидесяти четырёх тысячах человек возникло чистейшее и незапятнанное Око Дхаммы, и они осознали: «Всё, что возникает – подвержено прекращению».

И они, увидев, постигнув, пережив и проникнув в Дхамму, вышли за пределы сомнений и обрели совершенную веру в Учение Будды, не полагаясь в этом на других, и сказали:

«Великолепно, Господин! Превосходно! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно так же Благословенный различными способами прояснил Дхамму. Мы принимаем прибежище в Будде и в Дхамме. Пусть мы получим [монашеское] посвящение от самого Благословенного, можем ли мы получить посвящение!»

И так эти восемьдесят четыре тысячи получили монашеское посвящение от самого Благословенного. И тогда Благословенный Будда Випасси наставлял их лекциями по Дхамме, воодушевлял их, поощрял и восхищал их, объясняя опасности, низости и порочности обусловленных вещей и благо Ниббаны. И посредством воодушевления, поощрения и восхищения этой лекцией, вскоре их умы полностью освободились от загрязнений.

И затем огромная толпа восьмидесяти четырёх тысяч человек, что покинули [ранее, вместе с Бодхисаттой Випасси] мирскую жизнь и стали бездомными аскетами, услышала: «Благословенный Будда Випасси пребывает в оленьем парке Кхемы и обучает Дхамме». И тогда эта огромная толпа восьмидесяти четырёх тысяч человек отправилась в Бандхумати, в олений парк Кхемы, где пребывал Благословенный Будда Випасси. Когда они прибыли туда, они поклонились ему и сели рядом.

И тогда Благословенный Будда Випасси дал им последовательную проповедь о щедрости, о нравственности, о небесных мирах, об опасностях, низости и порочности чувственных желаний, а также о благе отречения. И подобно тому, как на незапятнанную ткань великолепно ложится краска, точно так же и у сидящей на этом самом месте толпы восьмидесяти четырёх тысяч человек возникло чистейшее и незапятнанное Око Дхаммы, и они осознали: «Всё, что возникает – подвержено прекращению».

И они, увидев, постигнув, пережив и проникнув в Дхамму, вышли за пределы сомнений и обрели совершенную веру в Учение Будды, не полагаясь в этом на других, и сказали:

«Великолепно, Господин! Превосходно! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно так же Благословенный различными способами прояснил Дхамму. Мы принимаем прибежище в Будде и в Дхамме. Пусть мы получим [монашеское] посвящение от самого Благословенного, можем ли мы получить посвящение!»

И так эти восемьдесят четыре тысячи получили монашеское посвящение от самого Благословенного. И тогда Благословенный Будда Випасси наставлял их лекциями по Дхамме, воодушевлял их, поощрял и восхищал их, объясняя опасности, низости и порочности обусловленных вещей и благо Ниббаны. И посредством воодушевления, поощрения и восхищения этой лекцией, вскоре их умы полностью освободились от загрязнений.

И в то время в царской столице появилось огромное собрание из шести миллионов восьмисот тысяч монахов. И когда Благословенный Будда Випасси отправился в затворничество, он подумал: «Теперь в столице такое огромное собрание монахов. Что если я дам им разрешение: «Скитайтесь [по миру], монахи, ради благополучия многих, ради счастья многих, из-за сострадания к миру, ради блага и счастья богов и людей. Пусть двое не пойдут одной дорогой, и учат Дхамме, что прекрасна в начале, прекрасна в середине, прекрасна в конце – и в букве, и в духе – и отражает святую жизнь в полноте и совершенстве. Есть существа, у которых мало пыли в глазах, которые падут, не услышав Дхамму. Пусть они станут знающими Дхамму. Но ровно через шесть лет соберитесь вместе в царской столице Бандхумати, чтобы продекламировать дисциплинарные правила».

Тогда один брахма, узнав мысли Благословенного Будды Випасси, так же быстро, как сильный человек сгибает выпрямленную руку, или выпрямляет согнутую, исчез из мира брахм и появился перед Благословенным Буддой Випасси. Поместив одеяние на одно плечо, и склонившись, присев на правое колено, он поприветствовал Благословенного Будду Випасси сложенными ладонями, и сказал: «Именно так, Господин, именно так, О Великий! Пусть Благословенный даст разрешение этому огромному собранию скитаться по миру ради благополучия многих, ради счастья многих, из-за сострадания к миру, ради блага и счастья богов и людей. Пусть двое не пойдут одной дорогой, и учат Дхамме, что прекрасна в начале, прекрасна в середине, прекрасна в конце – и в букве, и в духе – и отражает святую жизнь в полноте и совершенстве. Есть существа, у которых мало пыли в глазах, которые падут, не услышав Дхамму. Пусть они станут знающими Дхамму. И мы тоже сделаем также, как и монахи – по истечении шести лет мы тоже придём в Бандхумати, чтобы продекламировать дисциплинарные правила».

Сказав так, тот брахма поклонился Благословенному Будде Випасси и, обойдя его справой стороны, исчез. Тогда Благословенный Будда Випасси, выйдя из затворничества, рассказал монахам о происшедшем.

«Я разрешаю вам, монахи, скитаться по миру ради благополучия многих, ради счастья многих, из-за сострадания к миру, ради блага и счастья богов и людей. Пусть двое не пойдут одной дорогой, и учат Дхамме, что прекрасна в начале, прекрасна в середине, прекрасна в конце – и в букве, и в духе – и отражает святую жизнь в полноте и совершенстве. Есть существа, у которых мало пыли в глазах, которые падут, не услышав Дхамму. Пусть они станут знающими Дхамму. Но ровно через шесть лет соберитесь вместе в царской столице Бандхумати, чтобы продекламировать дисциплинарные правила». И большая часть тех монахов ушла в тот же день, чтобы скитаться по стране.

И в то время на [континенте] Джамбудвипа было восемьдесят четыре тысячи храмов. И в конце каждого года дэвы провозглашали: «Достопочтенные, прошёл один год, осталось пять. По окончании пяти лет вы должны вернуться в Бандхумати, чтобы декламировать дисциплинарные правила». И точно так же было по прошествии двух лет, трёх, четырёх и пяти. Когда прошло шесть лет, дэвы провозгласили: «Достопочтенные, прошло шесть лет, настало время вернуться в царскую столицу Бандхумати, чтобы декламировать дисциплинарные правила!». И те монахи, некоторые с помощью психических сил, некоторые с помощью дэвов, все в один день пришли в Бандхумати, чтобы декламировать дисциплинарные правила».

И тогда Благословенный Будда Випасси поведал собранию следующие правила:

«Терпение – величайшая жертва
Наивысшее – это Ниббана, так говорят будды.
Тот, кто причиняет вред другим, тот не аскет,
Не делай зла, но делай добро,
Очищай свой ум – таково учение будд.
Не обижай, не вреди, придерживайся правил,
Будь умеренным в еде, живи в уединении,
Развивай возвышенный ум – таково учение будд».

Будда Готама посещает мир Чистых Обителей

Однажды, монахи, я пребывал в Уккаттхе в роще Субхаги, у подножья великого салового дерева. И когда я пребывал там в уединении, мысль пришла ко мне: «Нет такого мира существ, до которого столь непросто добраться, и который я так давно уже не посещал, как мир богов Чистых Обителей. Что если я навещу их сейчас?» И тогда так же быстро, как сильный человек выпрямляет согнутую руку или сгибает выпрямленную, я исчез из Уккаттхи и появился в мире Авиха. Многие тысячи богов этого мира подошли ко мне, поприветствовали меня и встали рядом. И они сказали:

«Почтенный, девяносто одну кальпу назад Будда Випасси появился в мире. Он был из рода кшатриев и вырос в кшатрийской семье. Он принадлежал к семье Конданнья. Срок жизни [людей] в то время составлял восемьдесят тысяч лет. Он достиг полного просветления под деревом табебуйя. Его главными учениками были Кханда и Тисса. У него было три группы учеников: в одной было шесть миллионов восемьсот тысяч монахов, во второй – сто тысяч, в третьей – восемьдесят тысяч. И все они были арахантами. Его личным помощником был монах по имени Асока. Его отцом был царь Бандхума, а матерью – царица Бандхумати. Царской столицей был город Бандхумати. Оставление мирской жизни Благословенным Буддой Випасси было таким-то, его жизнь аскетом была такой-то, его старания [в практике] были такими-то, его полное просветление было таким-то, он повернул колесо [учения] так-то. И те из нас, Почтенный, кто прожил святую жизнь под учительством Благословенного Будды Випасси, освободились от чувственных желаний и переродились здесь».

Точно так же многие тысячи богов [этого же мира] пришли и сказали: «Почтенный, в эту счастливую кальпу в мире появился Благословенный Будда. Он родился в кшатрийском роду, вырос в кшатрийской семье, принадлежал к семье Готама. В это время жизнь коротка, ограничена, проходит очень быстро – редко кто доживает до ста лет. Он достиг полного просветления под священным фикусом. Два его главных ученика – Сарипутта и Моггаллана. У него одна группа учеников, в которой одна тысяча двести пятьдесят монахов, и вся эта группа состоит только из арахантов. Личным его помощником ныне является Ананда. Его отец – царь Суддходана, а матерью была царица Майя. Царская столица – город Капилаваттху. Таковым был его уход из мирской жизни, такой-то была его жизнь аскетом, его полное просветление было таким-то, он повернул колесо [учения] так-то. И те из нас, Почтенный, кто прожил святую жизнь под учительством Благословенного, освободились от чувственных желаний и переродились здесь».

И затем я отправился вместе с богами Авиха в мир богов Атаппа, а вместе с теми – в мир богов Судасса, а вместе с ними – в мир богов Судасси. И со всеми этими богами мы отправились в мир богов Аканиттха. Там многие тысячи богов этого мира подошли ко мне, поприветствовали меня и встали рядом. И они сказали:

«Почтенный, девяносто одну кальпу назад Будда Випасси появился в мире. Он был из рода кшатриев и вырос в кшатрийской семье. Он принадлежал к семье Конданнья. Срок жизни [людей] в то время составлял восемьдесят тысяч лет. Он достиг полного просветления под деревом табебуйя. Его главными учениками были Кханда и Тисса. У него было три группы учеников: в одной было шесть миллионов восемьсот тысяч монахов, во второй – сто тысяч, в третьей – восемьдесят тысяч. И все они были арахантами. Его личным помощником был монах по имени Асока. Его отцом был царь Бандхума, а матерью – царица Бандхумати. Царской столицей был город Бандхумати. Оставление мирской жизни Благословенным Буддой Випасси было таким-то, его жизнь аскетом была такой-то, его старания [в практике] были такими-то, его полное просветление было таким-то, он повернул колесо [учения] так-то. И те из нас, Почтенный, кто прожил святую жизнь под учительством Благословенного Будды Випасси, освободились от чувственных желаний и переродились здесь».

Точно так же многие тысячи богов [этого же мира] пришли и сказали: «Почтенный, в эту счастливую кальпу в мире появился Благословенный Будда. Он родился в кшатрийском роду, вырос в кшатрийской семье, принадлежал к семье Готама. В это время жизнь [людей] коротка, ограничена, проходит очень быстро – редко кто доживает до ста лет. Он достиг полного просветления под священным фикусом. Два его главных ученика – Сарипутта и Моггаллана. У него одна группа учеников, в которой одна тысяча двести пятьдесят монахов, и вся эта группа состоит только из арахантов. Личным его помощником ныне является Ананда. Его отец – царь Суддходана, а матерью была царица Майя. Царская столица – город Капилаваттху. Таковым был его уход из мирской жизни, такой-то была его жизнь аскетом, его полное просветление было таким-то, он повернул колесо [учения] так-то. И те из нас, Почтенный, кто прожил святую жизнь под учительством Благословенного, освободились от чувственных желаний и переродились здесь».

И именно так оно, монахи, что посредством прямого проникновения в элементы Дхаммы, Татхагата вспоминает будд прошлого, которые обрели окончательную ниббану, выйдя за множественность, испепелив следы, истощив круговерть, преодолев все страдания. Он вспоминает их рождения, их имена, их семьи, их жизненный срок, их главных учеников и группы учеников: «Эти Благословенные были рождены так-то, были названы так-то, таковой была их семья, такой была их нравственность, их Дхамма, их мудрость, их житие, их освобождение».

Так сказал Благословенный, и монахи, возрадовавшись, восхитились его словами.

Содержание:
1. Линия будд прошлого
2. История Будды Випасси
2.1. Законы мира, связанные с рождением Бодхисатты
2.2. Тридцать два знака великого человека
2.3. Мирская жизнь Бодхисатты Випасси
2.4. Бодхисатта Випасси становится бездомным аскетом
2.5. Бодхисатта Випасси становится Буддой
2.6. Решение Будды Випасси обучать Дхамме
2.7. Сангха Будды Випасси
3. Будда Готама посещает мир Чистых Обителей
Так я слышал. Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики, там, где располагались хижины Карери. И вот, в павильоне Карери, среди монахов, только что пообедавших собранной с подаяний пищей, развернулась большая дискуссия на тему прошлых жизней. Они говорили: «Это было в прошлой жизни» или «Так-то оно было».

Благословенный, с помощью чистейшего «божественного уха», превосходящего человеческое, услышал их беседу. Поднявшись со своего сиденья, он направился в павильон Карери, сел на подготовленное сиденье и сказал: «Монахи, что вы обсуждали, собравшись вместе? Какую беседу я прервал своим появлением?» и они рассказали ему.

«Тогда, монахи, не хотели бы вы услышать праведную беседу о прошлых жизнях?»

«Уважаемый, для этого самое подходящее время! О Великий, самое время поведать об этом! Если бы Благословенный поведал нам праведную беседу о прошлых жизнях, монахи услышали и запомнили бы это!»

«Хорошо, монахи. Слушайте внимательно то, о чём я буду говорить».

«Как скажете, Учитель» – отвечали монахи.

Линия будд прошлого

«Монахи, девяносто одну кальпу назад Благословенный, Арахант, полностью пробуждённый Будда Випасси появился в мире. Тридцать одну кальпу назад Благословенный Будда Сикхи появился в мире. В ту же самую кальпу появился в мире Благословенный Будда Вессабху. А в нашу счастливую кальпу в мире появились Благословенные Будды Какусандха, Конагамана и Кассапа. И, монахи, в нашу счастливую кальпу теперь и я тоже появился в мире как полностью просветлённый Будда.

Благословенный Будда Випасси родился в кшатрийском роду, в кшатрийской семье, как и Благословенный Будда Сикхи, как и Благословенный Будда Вессабху. Благословенный Будда Какусандха родился в брахманском роду, в брахманской семье, как и Благословенный Будда Конагамана, как и Благословенный Будда Кассапа. Я, монахи, будучи ныне Арахантом, полностью просветлённым Буддой, родился в кшатрийском роду и вырос в кшатрийской семье.

Благословенный Будда Випасси принадлежал к семье Конданнья, как и Благословенный Будда Сикхи, как и Благословенный Будда Вессабху. Благословенный Будда Какусандха происходил из семьи Кассапа, как и Благословенный Будда Конагамана, как и Благословенный Будда Кассапа. Я, монахи, будучи ныне Арахантом, полностью просветлённым Буддой, родился в семье Готама.

Во времена Благословенного Будды Випасси срок жизни людей составлял восемьдесят тысяч лет. Во времена Благословенного Будды Сикхи срок жизни людей составлял семьдесят тысяч лет. Во времена Благословенного Будды Вессабху срок жизни людей составлял шестьдесят тысяч лет. Во времена Благословенного Будды Какусандхи срок жизни людей составлял сорок тысяч лет. Во времена Благословенного Будды Конагаманы срок жизни людей составлял тридцать тысяч лет. Во времена Благословенного Будды Кассапы срок жизни людей составлял двадцать тысяч лет. В моё время жизнь коротка, ограничена, проходит очень быстро – редко кто доживает до ста лет.

Благословенный Будда Випасси обрёл полное пробуждение под деревом патали. Благословенный Будда Сикхи – под деревом белого манго. Благословенный Будда Вессабху – под саловым деревом. Благословенный Будда Какусандха – под акацией. Благословенный Будда Конагамана – под смоковницей. Благословенный Будда Кассапа – под бенгальским фикусом. А я достиг полного пробуждения под священным фикусом.

У Благословенного Будды Випасси двумя главными учениками были Кханда и Тисса. У Благословенного Будды Сикхи двумя главными учениками были Абхибху и Самбхава. У Благословенного Будды Вессабху двумя главными учениками были Сона и Уттара. У Благословенного Будды Какусандхи двумя главными учениками были Видхура и Санджива. У Благословенного Будды Конагаманы двумя главными учениками были Бхийоса и Уттара. У Благословенного Будды Кассапы двумя главными учениками были Тисса и Бхарадваджа. И теперь у меня два главных ученика – это Сарипутта и Моггаллана.

У Благословенного Будды Випасси было три группы учеников. В первой было шесть миллионов восемьсот тысяч учеников. Во второй – сто тысяч. В третьей – восемьдесят тысяч. Все монахи в этих группах были арахантами. У Благословенного Будды Сикхи было три группы учеников. В первой было сто тысяч, во второй – восемьдесят тысяч, в третьей – семьдесят тысяч, и все они также были арахантами. У Благословенного Будды Вессабху было три группы учеников. В первой было восемьдесят тысяч, во второй – семьдесят тысяч, и в третьей – шестьдесят тысяч учеников, и все они тоже были арахантами. У Благословенного Будды Какусандхи была одна группа учеников – сорок тысяч монахов, каждый из которых был арахантом. У Благословенного Будды Конагаманы была одна группа учеников – тридцать тысяч монахов – и все араханты. У Благословенного Будды Кассапы была одна группа учеников – двадцать тысяч монахов – и все араханты. У меня, монахи, одна группа учеников, в которой одна тысяча двести пятьдесят монахов, и вся эта группа состоит полностью из арахантов.

Личным помощником Благословенного Будды Випасси был монах по имени Асока. У Благословенного Будды Сикхи – таковым был монах по имени Кхеманкара. У Благословенного Будды Вессабху – монах по имени Упасанньяка. У Благословенного Будды Какусандхи – монах по имени Вуддхиджа. У Благословенного Будды Конагаманы – монах по имени Соттхиджа. У Благословенного Будды Кассапы – монах по имени Саббамитта. А моим личным помощником ныне является Ананда.

Отцом Благословенного Будды Випасси был царь Бандхума, а матерью – царица Бандхумати. Царской столицей был город Бандхумати. Отцом Благословенного Будды Сикхи был царь Аруна, а матерью – царица Пабхавати. Царской столицей был город Арунавати. Отцом Благословенного Будды Весабху был царь Суппатита, а матерью – царица Ясавати. Царской столицей был город Анопама. Отцом Благословенного Будды Какусандхи был брахман Аггидатта, а матерью – брахманка Висакха. Царём в то время был Кхема, а столицей был город Кхемавати. Отцом Благословенного Будды Каногаманы был брахман Яннадатта, а матерью – брахманка Уттара. Царём в то время был Собха, а столицей был город Собхавати. Отцом Благословенного Будды Кассапы был брахман Брахмадатта, а матерью – брахманка Дханавати. Царём в то время был Кики, а столицей – город Чаранаси. Моим отцом, монахи, является царь Суддходана, а матерью – царица Майя. Царская столица – город Капилаваттху».

Так сказал Благословенный, затем поднялся со своего сиденья и отправился в свою хижину. Вскоре после того, как Благословенный ушёл, другая дискуссия разгорелась среди монахов:

«Удивительно, друзья, поразительно, насколько огромны сила и способности Татхагаты – как он может вспомнить будд прошлого, обретших париниббану, отбросивших все путы, отрубивших все пути к жажде, положивших конец круговерти становления, преодолевших все страдания. Он вспоминает их рождение, их имена, их семьи, их жизненный срок, их учеников и группы, связанные с ними: «Родившись так-то, эти Благословенные были такими и таковыми, такими были их имена, такими их семьи, таковой их дисциплина, таковой их Дхамма, такой их мудрость и таким их освобождение». И каким же образом, друзья, Благословенный открыл это своим прямым знанием, за счёт которого он помнит: «Родившись так-то, эти Благословенные были таким и таковыми, такими были их имена, такими их семьи, таковой их дисциплина, таковой их Дхамма, такой их мудрость и таким их освобождение»? Быть может, какие-то дэвы раскрыли ему эти знания?» Такой была беседа тех монахов, что вскоре была прервана.

Благословенный, отдохнув и покинув своё уединение, отправился в павильон Карери, сел на подготовленное сиденье. Там он обратился к монахам: «Монахи, что вы обсуждали, собравшись вместе? Какую беседу я прервал своим появлением?» и они рассказали ему.

«Татхагата знает всё это своим собственным прямым проникновения в элементы Дхаммы. И дэвы также рассказали ему. Итак, монахи, есть ли у вас желание послушать ещё о прошлых жизнях?»

«Уважаемый, для этого самое подходящее время! О великий, самое время поведать об этом! Если бы Благословенный поведал нам праведную беседу о прошлых жизнях, монахи услышали и запомнили бы это!»

«Хорошо, монахи. Слушайте внимательно то, о чём я буду говорить».

«Как скажете, Учитель» – отвечали монахи.

История Будды Випасси

«Монахи, девяносто одну кальпу назад в мире появился Благословенный, Арахант, полностью просветлённый Будда Випасси. Он был из рода кшатриев и вырос в кшатрийской семье. Он принадлежал к семье Конданнья. Срок жизни [людей] в то время составлял восемьдесят тысяч лет. Он достиг полного просветления под деревом патали. Его главными учениками были Кханда и Тисса. У него было три группы учеников: в одной было шесть миллионов восемьсот тысяч монахов, во второй – сто тысяч, в третьей – восемьдесят тысяч. И все они были арахантами. Его личным помощником был монах по имени Асока. Его отцом был царь Бандхума, а матерью – царица Бандхумати. Царской столицей был город Бандхумати.

Законы мира, связанные с рождением Бодхисатты

Монахи, Бодхисатта Випасси спустился с небесного мира Туситы в чрево матери осознанным и бдительным. Таков, монахи, закон [Дхаммы].

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта спускается с небес Туситы в чрево матери, то в этом мире с его дэвами, Марами и Брахмами, его аскетами и жрецами, царями и простолюдинами, возникает безмерный ослепительный свет, затмевающий сияние самых величественных божеств. И даже все те пространства, что лежат за пределами мировой сферы – ужасная беспросветная мгла, куда не достают даже мощные лучи солнца и луны – освещаются этим безмерным ослепительным сиянием, что затмевает сияние даже самых величественных божеств. И те существа, что родились там (в этой тьме) за счёт этого сияния видят друг друга и осознают: «Другие существа также родились здесь!». И вся система десяти тысяч мировых сфер дрожит, трясётся, содрогается, а безмерное сияние продолжает распространяться далее. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта входит в чрево матери, четыре дэвы приходят с четырёх сторон света, чтобы защитить его, и говорят так: «Пусть ни один человек, или не-человеческое существо, пусть никто и ничто не причинит Бодхисатте или его матери вреда!». Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта входит в чрево матери, она естественным образом становится нравственной: воздерживается от убийства, от взятия того, что не было ей дано, от сексуальных проступков, от лжи, от употребления одурманивающих напитков и веществ. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта входит в чрево матери, у неё не возникает похотливых мыслей о связи с мужчиной, и на неё не может повлиять мужчина с похотливыми мыслями. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта входит в чрево матери, она радуется и восторгается удовольствиям пяти чувств, наделённая и обладающая таковыми. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта входит в чрево матери, она не может заболеть какими-либо болезнями, она чувствует лёгкость и не имеет телесной усталости. Она может видеть, что Бодхисатта внутри её чрева не имеет изъянов в своём теле и телесных качествах. Монахи, как если бы драгоценный камень, берилл – чистейший, совершенный, с восемью гранями, совершенный, яркий, безупречный и безукоризненный во всех отношениях – положили бы на синюю, жёлтую, красную, белую или оранжевую материю, и человек с хорошим зрением, взяв этот камень, описал бы его именно таковым – точно так же мать Бодхисатты не имеет никаких болезней и видит, что он внутри её чрева он не имеет изъянов в своём теле и телесных качествах. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда мать Бодхисатты умирает на седьмой день после его рождения, она перерождается в небесном мире Тусита. Таков закон.

Таков закон, монахи, что в то время как другие женщины вынашивают ребёнка девять или десять месяцев, прежде чем начнутся роды, в случае с Бодхисаттой всё не так – его мать вынашивает его ровно десять месяцев, прежде чем начинаются роды. Таков закон.

Таков закон, монахи, что в то время как другие женщины рожают сидя или лёжа, в случае с Бодхисаттой всё не так – его мать рожает стоя. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта выходит из чрева матери, первыми приветствуют его дэвы, а затем уже люди. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта выходит из чрева матери, он не касается земли. Четыре дэвы подхватывают его и подают матери, говоря так: «Возрадуйтесь, Ваше Величество, у вас родился величайший сын!». Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта выходит из чрева матери, то он появляется незапятнанным водами, слизью, кровью или какими либо нечистотами – он чист и безупречен. Если драгоценный камень положить на муслин из Каси, то камень не загрязняет муслина, а муслин не загрязняет камень. Почему? Потому что чисты и ткань и драгоценный камень. Точно так же и Бодхисатта выходит из чрева матери незапятнанным водами, слизью, кровью или какими либо нечистотами – он чист и безупречен. Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта выходит из чрева матери, два потока воды хлещут с небес – один холодный, другой тёплый, омывающие Бодхисатту и его мать. Таков закон.

Таков закон, монахи, что как Бодхисатта рождается, он твёрдо встаёт на ноги и делает семь шагов на север, а затем, под белым навесом (от солнца) он охватывает взглядом все четыре стороны и громогласным голосом заявляет: «Я величайший в этом мире, наивысший в мире, первейший в мире. Это моё последнее рождение, не будет больше новых перерождений». Таков закон.

Таков закон, монахи, что когда Бодхисатта выходит из чрева матери, то в этом мире с его дэвами, Марами и Брахмами, его аскетами и жрецами, царями и простолюдинами, возникает безмерный ослепительный свет, затмевающий сияние самых величественных божеств. Таков закон.

Монахи, когда родился царевич Випасси, они показали его царю Бандхуме, сказав: «Ваше Величество, у вас родился сын. Соизвольте взглянуть на него». Царь посмотрел на царевича и сказал брахманам, наученным в знаках: «Вы, почтенные, ведаете знаки. Изучите царевича». Брахманы изучили царевича и обратились к царю Бандхуме:

«Ваше Величество, возрадуйтесь, величайший сын родился у вас. Большая удача для вас, большое счастье для вас, что такой сын родился в вашей семье. Ваше Величество, царевич наделён тридцатью двумя знаками великого человека. У такового человека есть только две участи. Если он живёт мирской жизнью, он станет правителем, царём-миродержцем, вращающим колесо Дхаммы, покорителем четырёх сторон света, утвердившим порядок в своём царстве и владеющий семью сокровищами. Эти сокровища таковы: сокровище-колесо, сокровище-слон, сокровище-лошадь, сокровище-бриллиант, сокровище-женщина, сокровище-домохозяин, сокровище-советник. У него более тысячи сыновей-героев, могучего сложения, покорителей вражеских армий. Он правит, покорив эту охваченную морями землю, без палки и меча, а только законом. Но если он оставляет мирскую жизнь, и уходит скитаться бездомным отшельником, то он станет Арахантом, полностью пробуждённым Буддой, который сдёрнет завесу [неведения] с мира.

Тридцать два знака великого человека

И каковы, Ваше Величество, эти тридцать два знака великого человека?

1. У него ровные стопы,
2. На ступнях видны колёса о тысячи спицах,
3. Выступающие пятки,
4. Длинные пальцы на руках и ногах,
5. Мягкие и нежные руки и ноги,
6. Пальцы на руках и ногах прямые,
7. Лодыжки подобны закруглённым ракушкам,
8. Ноги как у антилопы,
9. Не сгибаясь, он может коснуться и почесать колено рукой,
10. Половой орган укрыт,
11. Кожа яркая, золотого цвета,
12. Кожа настолько гладкая, что пыль не садится на неё,
13. Из каждой поры тела растёт только один волосок,
14. Волосы прямые, чёрные с синевой, на краях загибаются вправо,
15. Осанка поразительно прямая,
16. На теле семь округлостей,
17. Грудь как у льва,
18. Между лопатками прямая спина, без изгиба,
19. Пропорции как у дерева-фикуса: рост равен размаху рук,
20. Грудь равномерно закруглена,
21. Он имеет абсолютный вкус,
22. Челюсти как у льва,
23. У него сорок зубов,
24. Зубы ровные,
25. Между зубами нет пробелов,
26. Зубы-клыки очень яркие,
27. Язык очень длинный,
28. Голос как у птицы Каравика,
29. Бездонно голубые глаза,
30. Ресницы как у коровы,
31. Волосы между бровями белые и мягкие как хлопок,
32. Голова как царский тюрбан».

Мирская жизнь Бодхисатты Випасси

Тогда царь Бандхума одарил этих брахманов новыми одеждами, и исполнил все их пожелания. Затем царь назначил для царевича Випасси нянек. Одни кормили его грудью, другие купали, третьи носили, четвёртые качали на руках. Над его головой день и ночь держали белый навес, так чтобы защитить его от жары и холода, от листьев или пыли. Люди очень любили царевича Випасси. Подобно тому, как все любят голубые, жёлтые или белые лотосы, точно так же все любили царевича Випасси. Так его растили.

У царевича был приятный, красивый, восхитительный и очаровательный голос. Подобно тому, как в Гималаях у птицы Каравика голос слаще, красивее, прекраснее и прелестнее, чем у всех других птиц – точно так же голос царевича Випасси был самым восхитительным из всех.

В результате прошлой каммы у царевича был развит «божественный глаз», и он мог видеть на лигу вперёд – как днём, так и ночью.

Принц Випасси был внимательным и немигающим, подобно богам мира Тридцати Трёх. По этой причине его называли «Випасси». Когда царь Бандхума изучал какое-либо дело, он брал царевича Випасси на колени и объяснял ему это дело. Затем, сняв с колен, он отец тщательно объяснял детали. По этой причине его ещё больше стали называть «Випасси».

Затем царь Бандхума построил три дворца для царевича Випасси. Один для сезона дождей, другой для зимнего сезона, третий для жаркого сезона – всё для того, чтобы обеспечить царевичу удовольствия пяти чувств. Принц Випасси оставался во дворце для сезона дождей четыре месяца, и среди прислуги не было ни единого мужчины, как и среди музыкантов. Он никогда не покидал этого дворца.

Затем, монахи, через много лет, много сотен лет, много тысяч прошедших лет, царевич Випасси сказал своему извозчику: «Извозчик, подготовь лучшие колесницы! Мы отправимся посмотреть парк удовольствий». Извозчик выполнил указание и доложил царевичу: «Ваше Царское Величество, лучшие колесницы готовы, можете отправляться, когда пожелаете». Так царевич Випасси забрался в колесницу и направился в парк удовольствий.

По дороге в парк, он увидел старого человека, погнутого, словно балка под крышей, разбитого, опирающегося на трость, ковыляющего, больного, лишённого всякой юности. Увидев его, царевич обратился к извозчику:

«Извозчик! Что случилось с этим человеком? Его волосы не такие как у других людей, как и его тело».

«Принц, это старик».

«Но почему его называют стариком»?

«Его называют стариком, потому что ему не долго осталось жить».

«Но ведь и я стану старым, я не смогу избежать старости?»

«И я и вы, царевич, станем старыми, мы не сможем избежать старости».

«Хорошо, извозчик, достаточно на сегодня. Возвращаемся теперь во дворец».

«Как скажете, царевич» – сказал извозчик и вернул царевича Випасси назад во дворец. Вернувшись, царевича Випасси охватили грусть и уныние, он кричал: «Чёрт бы побрал это рождение, ведь из-за него появляется старость у того, кто рождён!».

Тогда царь Бандхума послал за извозчиком и сказал: «Ну как, насладился ли царевич парком удовольствий? Был ли он счастлив?»
«Ваше Величество, царевич не насладился, он не был там счастлив».
«Что он увидел по пути туда?»
Так извозчик рассказал обо всём случившемся.

Тогда царь Бандхума подумал: «Принц Випасси не должен оставить трон, он не должен покинуть мирскую жизнь и стать бездомным отшельником – слова брахманов, ведающих знаки, не должны исполниться!». Так царь предоставил царевичу Випасси ещё больше услаждений пяти чувств, так чтобы он правил царством, а не покинул мирскую жизнь, чтобы стать бездомным отшельником. Так царевич продолжал жить, потакая и привязываясь к наслаждениям пяти чувств.

Через много лет, много сотен лет, много тысяч прошедших лет, царевич Випасси сказал своему извозчику: «Извозчик, подготовь лучшие колесницы! Мы отправимся посмотреть парк удовольствий». Извозчик выполнил указание и доложил царевичу: «Ваше Царское Величество, лучшие колесницы готовы, можете отправляться, когда пожелаете». Так царевич Випасси забрался в колесницу и направился в парк удовольствий.

По дороге в парк царевич Випасси увидел больного человека, очень больного, страдающего, валяющегося в своей собственной моче и испражнениях. Некоторые люди поднимали его, другие клали обратно на кровать. Увидев это, он сказал извозчику:

«Извозчик! Что случилось с этим человеком? Его глаза не такие как у других людей, как и его голова».

«Принц, это больной».

«Но почему его называют больным»?

«Принц, его так называют потому, что едва ли он оправится от своей болезни».

«Но ведь и я подвержен болезням, я не смогу избежать болезней?»

«И вы и я, царевич, подвержены болезням, и мы не можем избежать болезней».

«Хорошо, извозчик, достаточно на сегодня. Возвращаемся теперь во дворец».

«Как скажете, царевич» – сказал извозчик и вернул царевича Випасси назад во дворец. Вернувшись, царевича Випасси охватили грусть и уныние, он кричал: «Чёрт бы побрал это рождение, ведь из-за него появляются болезни у того, кто рождён!».

Тогда царь Бандхума послал за извозчиком и сказал: «Ну как, насладился ли царевич парком удовольствий? Был ли он счастлив?»
«Ваше Величество, царевич не насладился, он не был там счастлив».
«Что он увидел по пути туда?»
Так извозчик рассказал обо всём случившемся.

Тогда царь Бандхума подумал: «Принц Випасси не должен оставить трон, он не должен покинуть мирскую жизнь и стать бездомным отшельником – слова брахманов, ведающих знаки, не должны исполниться!». Так царь предоставил царевичу Випасси ещё больше услаждений пяти чувств, так чтобы он правил царством, а не покинул мирскую жизнь, чтобы стать бездомным отшельником. Так царевич продолжал жить, потакая и привязываясь к наслаждениям пяти чувств.

Через много лет, много сотен лет, много тысяч прошедших лет, царевич Випасси сказал своему извозчику: «Извозчик, подготовь лучшие колесницы! Мы отправимся посмотреть парк удовольствий». Извозчик выполнил указание и доложил царевичу: «Ваше Царское Величество, лучшие колесницы готовы, можете отправляться, когда пожелаете». Так царевич Випасси забрался в колесницу и направился в парк удовольствий.

По дороге в парк царевич Випасси увидел, как собирается большая толпа людей, одетых в разноцветные одежды, и несёт гроб. Увидев это, он сказал извозчику:

«Почему люди делают это?»

«Принц, это то, что называется покойником».

«Отвези меня туда, где этот покойник».

«Хорошо, царевич» – сказал извозчик и сделал так, как было приказано. Принц Випасси посмотрел на труп и сказал извозчику:

«Почему его называют покойником?»

«Принц, его называют покойником, потому что его родители и родня больше не увидят его, как и он их».

«Но ведь я тоже умру, я не смогу избежать смерти?»

«И вы и я, царевич, умрём, мы не сможем избежать смерти»

«Хорошо, извозчик, достаточно на сегодня. Возвращаемся теперь во дворец».

«Как скажете, царевич» – сказал извозчик и вернул царевича Випасси назад во дворец. Вернувшись, царевича Випасси охватила грусть и уныние, он кричал: «Чёрт бы побрал это рождение, ведь из-за него появляется смерть у того, кто рождён!».

Тогда царь Бандхума послал за извозчиком и сказал: «Ну как, насладился ли царевич парком удовольствий? Был ли он счастлив?»
«Ваше Величество, царевич не насладился, он не был там счастлив».
«Что он увидел по пути туда?»
Так извозчик рассказал обо всём случившемся.

Тогда царь Бандхума подумал: «Принц Випасси не должен оставить трон, он не должен покинуть мирскую жизнь и стать бездомным отшельником – слова брахманов, ведающих знаки, не должны исполниться!». Так царь предоставил царевичу Випасси ещё больше услаждений пяти чувств, так чтобы он правил царством, а не покинул мирскую жизнь, чтобы стать бездомным отшельником. Так царевич продолжал жить, потакая и привязываясь к наслаждениям пяти чувств.

Через много лет, много сотен лет, много тысяч прошедших лет, царевич Випасси сказал своему извозчику: «Извозчик, подготовь лучшие колесницы! Мы отправимся посмотреть парк удовольствий». Извозчик выполнил указание и доложил царевичу: «Ваше Царское Величество, лучшие колесницы готовы, можете отправляться, когда пожелаете». Так царевич Випасси забрался в колесницу и направился в парк удовольствий.

По дороге в парк царевич Випасси увидел человека с обритой головой, бездомного аскета, носящего жёлтые одежды. И он сказал извозчику:

«Что случилось с этим человеком? Его голова не такая, как у других людей, как и его одежда».

«Принц, это аскет».

«Но почему его зовут аскетом?»

«Принц, аскетом мы называем того, кто воистину следует Дхамме, кто живёт в успокоении, делает хорошие поступки, совершает благие дела, кто безобиден и имеет подлинное сострадание к живым существам».

«Извозчик, как чудесно, что его называют «аскетом» – который воистину следует Дхамме, кто живёт в успокоении, делает хорошие поступки, совершает благие дела, кто безобиден и имеет подлинное сострадание к живым существам. Отвези меня к нему».

«Как скажете, царевич» – сказал извозчик и сделал так, как было приказано. Принц Випасси расспросил аскета.

«Принц, поскольку я аскет, я воистину следую Дхамме, живу в успокоении… наделён подлинным состраданием к живым существам».

«Как чудесно, что тебя называют «аскетом» – тем, кто воистину следует Дхамме, кто живёт в успокоении, делает хорошие поступки, совершает благие дела, кто безобиден и имеет подлинное сострадание к живым существам». Тогда царевич обратился к извозчику:

«Бери колесницу и езжай назад во дворец, а я останусь здесь, обрею волосы и бороду, надену жёлтые одежды и оставлю мирскую жизнь, став бездомным аскетом».

«Как скажете, царевич» – сказал извозчик и вернулся во дворец. А царевич Випасси, обрив волосы и бороду, надев жёлтые одежды, оставил мирскую жизнь и стал бездомным аскетом».

Бодхисатта Випасси становится бездомным аскетом

Огромная толпа из царской столицы Бандхумати – восемьдесят четыре тысячи человек – услышала о том, что царевич Випасси стал бездомным аскетом. И они думали: «Нет сомнений в том, что это не простое учение и дисциплина, необычный уход из мирской жизни, ради чего царевич Випасси обрил волосы и бороду, надел жёлтые одежды и стал бездомным аскетом. Если царевич так поступил, то почему бы и нам не сделать также?» И так, монахи, огромная толпа – восемьдесят четыре тысячи человек – обрили волосы и бороды, надели жёлтые одежды и отправились вслед за Бодхисаттой Випасси в бездомную жизнь. И вместе с последователями Бодхисатта ходил по деревням, городам, царским столицам.

Затем, когда Бодхисатта ушёл в затворничество, он подумал: «Неправильно, что я живу вместе с такой толпой. Я должен жить один, отдельно от этой толпы». Посему через некоторое время он покинул толпу и жил один. Восемьдесят четыре тысячи пошли одной дорогой, а Бодхисатта другой.

Затем, когда Бодхисатта стал вести уединённое житие в затворничестве, он подумал: «Этот мир в плачевном состоянии: здесь есть рождение и распад, есть смерть, есть смена состояний и перерождение. И никто не знает способа, как убежать от этого страдания, этого старения и этой смерти. Когда же будет найдено освобождение от этого страдания, этого старения и смерти?»