Удайи сутта: Удайи

Однажды достопочтенный Ананда и достопочтенный Удайи проживали в Косамби, в парке Гхоситы. И тогда, вечером, достопочтенный Удайи вышел из затворничества и отправился к достопочтенному Ананде. Он обменялся приветствиями с достопочтенный Анандой, и после обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал ему:

«Друг Ананда, многими способами Благословенный заявлял, разъяснял и раскрывал [природу] этого тела так: «По этой причине это тело является безличностным». Можно ли объяснить [природу] этого сознания аналогичным способом – объяснить, обучить, провозгласить, утвердить, раскрыть, проанализировать, растолковывать это так: «По этой причине это сознание является безличностным»?

«Можно, друг Удайи. Не возникает ли сознание глаза в зависимости от глаза и форм?»

«Так оно, друг».

«Если условие и причина для происхождения сознания глаза полностью и без малейшего остатка прекратились бы, то можно было бы распознать сознание глаза?»

«Нет, друг».

«Вот таким образом, друг, это заявлялось, разъяснялось и раскрывалось Благословенным: «По этой причине это сознание является безличностным».

«Не возникает ли сознание уха в зависимости от уха и звуков?...
«Не возникает ли сознание носа в зависимости от носа и запахов?...
«Не возникает ли сознание языка в зависимости от языка и вкусов?...
«Не возникает ли сознание тела в зависимости от тела и осязаемых вещей?...

«Не возникает ли сознание ума в зависимости от ума и умственных феноменов?»

«Так оно, друг».

«Если условие и причина для происхождения сознания ума полностью и без малейшего остатка прекратились бы, то можно было бы распознать сознание ума?»

«Нет, друг».

«Вот таким образом, друг, это заявлялось, разъяснялось и раскрывалось Благословенным: «По этой причине это сознание является безличностным».

«Представь, как если бы человеку понадобилась сердцевина дерева, он бы искал сердцевину дерева, бродил в поисках сердцевины дерева, взял бы острый топор и вошёл в лес. Там бы он увидел ствол большой банановой пальмы, прямой, свежей, без рыхлой коры. Он бы срубил её у основания, отрезал ветви, содрал внешние слои [ствола]. И когда он содрал бы внешние слои, то не обнаружил бы даже заболони, не говоря уже о сердцевине.

Точно так же монах не видит ни «я», ни чего-либо принадлежащего «я» в этих шести сферах контакта. Поскольку он ничего [подобного] не видит, он ни к чему не цепляется в этом мире. Не цепляясь, он не взволнован. Будучи невзволнованным, он лично достигает ниббаны. Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования».