Брахма сутта: Брахма

Однажды Благословенный проживал в Урувеле, на берегу реки Нераньджары, у подножья пастушьего баньяна, сразу после того, как стал полностью просветлённым. И тогда, по мере того как Благословенный пребывал уединённым в затворничестве, следующее раздумье возникло у него в уме: «Таков единственный путь к очищению существ, к преодолению печали и стенания, к прекращению боли и грусти, к достижению метода, к реализации ниббаны – то есть четыре основы осознанности. Какие четыре?

Вот монах пребывает в созерцании тела как тела, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру. Он пребывает в созерцании чувств как чувств… ума как ума… умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.

Таков единственный путь к очищению существ, к преодолению печали и стенания, к прекращению боли и грусти, к достижению метода, к реализации ниббаны – то есть четыре основы осознанности».

И тогда Брахма Сахампати, познав своим собственным умом раздумье в уме Благословенного, так же быстро, как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, исчез из мира брахм и возник перед Благословенным. Он закинул за плечо внешнее одеяние, сложил руки в почтительном приветствии Благословенного, и сказал ему: «Так оно, Благословенный! Так оно, Счастливый! Уважаемый, таков единственный путь к очищению существ, к преодолению печали и стенания, к прекращению боли и грусти, к достижению метода, к реализации ниббаны – то есть четыре основы осознанности. Какие четыре? Вот монах пребывает……четыре основы осознанности».

Так сказал Брахма Сахампати. И, сказав так, он далее добавил:

«Провидец разрушения рождения,
Он сострадателен и путь единый знает,
За счёт него пересекают наводнение,
И в будущем, и в прошлом, в настоящем».