Патхамамахапаньха сутта: Великие вопросы (I)

Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики. И тогда, утром, группа монахов оделась, взяла чаши и внешние одеяния и вошла в Саваттхи за подаяниями. И тогда мысль пришла к тем монахам: «Слишком рано ходить по Саваттхи за подаяниями. Что, если мы пойдём в парк странников – приверженцев иных учений?»

И тогда те монахи отправились в парк странников – приверженцев иных учений. Они обменялись приветствиями с теми странниками и после обмена вежливыми приветствиями и любезностями они сели рядом. Затем те странники сказали им:

«Друзья, отшельник Готама учит Дхамме своих учеников вот таким образом: «Ну же, монахи, напрямую знайте все феномены. Пребывайте, напрямую зная все феномены». Мы тоже учим Дхамме наших учеников вот таким образом: «Ну же, друзья, напрямую знайте все феномены. Пребывайте, напрямую зная все феномены». Так в чём же разница, в чём же несоответствие, в чём же отличие между обучением Дхамме отшельником Готамой и нашим обучением [Дхамме], между его способом наставления и нашим?»

И тогда те монахи ни возрадовались, ни отвергли утверждения тех странников. Ни возрадовавшись [ему], ни отвергнув его, они поднялись со своих сидений и ушли, [думая так]: «Выясним, что Благословенный скажет насчёт этого утверждения».

И затем те монахи, сходив за подаяниями в Саваттхи, вернувшись с хождения за подаяниями, после принятия пищи подошли к Благословенному, поклонились ему, сели рядом и сказали: «Вот, уважаемый, утром мы оделись, взяли чаши и внешние одеяния, вошли в Саваттхи за подаяниями… ушли, [думая так]: «Выясним, что Благословенный скажет насчёт этого утверждения».

«Монахи, когда странники – приверженцы иных учений говорят так, то их следует спросить вот как: «Вопрос насчёт одного, краткое утверждение насчёт одного, объяснение одного. Вопрос насчёт двух, краткое утверждение насчёт двух, объяснение двух. Вопрос насчёт трёх… четырёх… пяти… шести… семи… восьми… девяти… десяти, краткое утверждение насчёт десяти, объяснение десяти». Если странников – приверженцев иных учений расспросить [на этот счёт], то они не смогут ответить и далее повстречают лишь досаду. И почему? Потому что это было бы вне их пределов. Я не вижу никого, монахи, в этом мире с его дэвами, Марами, Брахмами, с его поколением жрецов и отшельников, князей и [простых] людей, кто мог бы удовлетворить ум ответом на эти вопросы, кроме Татхагаты или ученика Татхагаты, или того, кто услышал об этом от них.

(1) Когда было сказано: «Вопрос об одном, краткое утверждение насчёт одного, объяснение одного» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован одной вещью, [стал] полностью бесстрастным в отношении неё, полностью освободился от неё, целиком видит её границы, полностью пробился в её значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какой одной вещью? Все существа существуют благодаря питанию. Когда монах полностью разочарован этой одной вещью, [стал] полностью бесстрастным в отношении неё, полностью освободился от неё, целиком видит её границы, полностью пробился в её значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос об одном, краткое утверждение насчёт одного, объяснение одного» – то в отношении этого так было сказано.

(2) Когда было сказано: «Вопрос о двух, краткое утверждение насчёт двух, объяснение двух» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован двумя вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими двумя вещами? Именем и формой. Когда монах полностью разочарован этими двумя вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о двух, краткое утверждение насчёт двух, объяснение двух» – то в отношении этого так было сказано.

(3) Когда было сказано: «Вопрос о трёх, краткое утверждение насчёт трёх, объяснение трёх» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован тремя вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими тремя вещами? Тремя видами чувств. Когда монах полностью разочарован этими тремя вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о трёх, краткое утверждение насчёт трёх, объяснение трёх» – то в отношении этого так было сказано.

(4) Когда было сказано: «Вопрос о четырёх, краткое утверждение насчёт четырёх, объяснение четырёх» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован четырьмя вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими четырьмя вещами? Четырьмя видами питания. Когда монах полностью разочарован этими четырьмя вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о четырёх, краткое утверждение насчёт четырёх, объяснение четырёх» – то в отношении этого так было сказано.

(5) Когда было сказано: «Вопрос о пяти, краткое утверждение насчёт пяти, объяснение пяти» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован пятью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими пятью вещами? Пятью совокупностями, которые подвержены цеплянию. Когда монах полностью разочарован этими пятью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о пяти, краткое утверждение насчёт пяти, объяснение пяти» – то в отношении этого так было сказано.

(6) Когда было сказано: «Вопрос о шести, краткое утверждение насчёт шести, объяснение шести» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован шестью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими шестью вещами? Шестью внутренними сферами чувств. Когда монах полностью разочарован этими шестью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о шести, краткое утверждение насчёт шести, объяснение шести» – то в отношении этого так было сказано.

(7) Когда было сказано: «Вопрос о семи, краткое утверждение насчёт семи, объяснение семи» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован семью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими семью вещами? Семью месторасположениями для сознания. Когда монах полностью разочарован этими семью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о семи, краткое утверждение насчёт семи, объяснение семи» – то в отношении этого так было сказано.

(8) Когда было сказано: «Вопрос о восьми, краткое утверждение насчёт восьми, объяснение восьми» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован восемью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими восемью вещами? Восемью мирскими состояниями. Когда монах полностью разочарован этими восемью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о восьми, краткое утверждение насчёт восьми, объяснение восьми» – то в отношении этого так было сказано.

(9) Когда было сказано: «Вопрос о девяти, краткое утверждение насчёт девяти, объяснение девяти» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован девятью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими девятью вещами? Девятью обителями существ. Когда монах полностью разочарован этими девятью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о девяти, краткое утверждение насчёт девяти, объяснение девяти» – то в отношении этого так было сказано.

(10) Когда было сказано: «Вопрос о десяти, краткое утверждение насчёт десяти, объяснение десяти» – то в отношении чего так было сказано? Когда монах полностью разочарован десятью вещами, [стал] полностью бесстрастным в отношении них, полностью освободился от них, целиком видит их границы, полностью пробился в их значение, то в этой самой жизни он оканчивает страдания. Какими десятью вещами? Десятью неблагими течениями каммы. Когда монах полностью разочарован этими десятью вещами… оканчивает страдания.

Когда было сказано: «Вопрос о десяти, краткое утверждение насчёт десяти, объяснение десяти» – то в отношении этого так было сказано».