Маччхабандха сутта: Торговец рыбой

Однажды Благословенный путешествовал по стране Косал вместе с большой общиной монахов. И затем, идя по дороге, в некоем месте Благословенный увидел, как торговец рыбой убивает рыбу и продаёт её. Он сошёл с дороги, сел на подготовленное для него сиденье у подножья некоего дерева и обратился к монахам: «Монахи, видите того торговца рыбой, который убивает рыбу и продаёт её?»

«Да, уважаемый».

(1) «Как вы думаете, монахи? Видели ли вы или слышали ли вы когда-нибудь о том, чтобы торговец рыбой, убивая рыбу и продавая её, мог бы посредством этой работы и средств к жизни путешествовать на слоне или лошади, на колеснице или [ином] средстве передвижения или же наслаждаться или жить за счёт накопленного большого богатства?»

«Нет, уважаемый».

«Хорошо, монахи. Я тоже никогда не видел такого и не слышал о таком. И почему? Потому что он с жестокостью смотрит на пойманную рыбу по мере того, как она поступает на убой. Поэтому он не путешествует на слоне или лошади, на колеснице или [ином] средстве передвижения, и не наслаждается и не живёт за счёт накопленного большого богатства.

(2) Как вы думаете, монахи? Видели ли вы или слышали ли вы когда-нибудь о том, чтобы мясник, убивая и продавая коров… (3) мясник, убивая и продавая овец… (4) свиней… (5) домашнюю птицу… (6) мясник, убивая и продавая оленей, мог бы посредством этой работы и средств к жизни путешествовать на слоне или лошади, на колеснице или [ином] средстве передвижения или же наслаждаться или жить за счёт накопленного большого богатства?»

«Нет, уважаемый».

«Хорошо, монахи. Я тоже никогда не видел такого и не слышал о таком. И почему? Потому что он с жестокостью смотрит на пойманных оленей по мере того, как они поступают на убой. Поэтому он не путешествует на слоне или лошади, на колеснице или [ином] средстве передвижения и не наслаждается и не живёт за счёт накопленного большого богатства.

Монахи, тот, кто с жестокостью смотрит на пойманных животных по мере того, как они поступают на убой, не будет путешествовать на слоне или лошади, на колеснице или [ином] средстве передвижения и [не будет] наслаждаться или жить за счёт накопленного большого богатства. Что уж говорить о том, кто с жестокостью смотрит на приговорённых людей, поступающих на убой? Это приведёт к его вреду и страданию в течение долгого времени. С распадом тела, после смерти, он переродится в состоянии лишений, в несчастливом уделе, в нижних мирах, [даже] в аду».