Араккхейя сутта: Нет необходимости скрывать

[Благословенный сказал]: «Монахи, есть четыре вещи, которых Татхагате нет необходимости скрывать, а также три вещи, в отношении которых он не подлежит упрёку.

И каковы четыре вещи, которых Татхагате нет необходимости скрывать?

(1) Монахи, Татхагата – этот тот, чьё телесное поведение очищено. У Татхагаты нет неблагого телесного поведения, которое ему приходилось бы скрывать, [думая]: «Пусть другие не обнаружат этого у меня».

(2) Татхагата – этот тот, чьё словесное поведение очищено. У Татхагаты нет неблагого словесного поведения, которое ему приходилось бы скрывать, [думая]: «Пусть другие не обнаружат этого у меня».

(3) Татхагата – этот тот, чьё умственное поведение очищено. У Татхагаты нет неблагого умственного поведения, которое ему приходилось бы скрывать, [думая]: «Пусть другие не обнаружат этого у меня».

(4) Татхагата – этот тот, чьи средства к жизни очищены. У Татхагаты нет неподобающих средств к жизни, которые ему приходилось бы скрывать, [думая]: «Пусть другие не обнаружат этого у меня».

Таковы четыре вещи, которых Татхагате нет необходимости скрывать. И каковы три вещи, в отношении которых он не подлежит упрёку?

(5) Татхагата, монахи – это тот, чья Дхамма хорошо разъяснена. В этом отношении я не вижу какого-либо основания, на котором отшельник, жрец, дэва, Мара, Брахма или кто-либо в мире мог бы аргументированно упрекнуть меня: «По таким-то и таким-то причинам твоя Дхамма не разъяснена хорошо». Поскольку я не вижу ни одного подобного основания, я пребываю спокойным, бесстрашным, уверенным в себе.

(6) Я хорошо провозгласил своим ученикам практику, ведущую к ниббане, таким образом, что, практикуя в соответствии с этим [и достигнув] уничтожения пятен [загрязнений ума], они здесь и сейчас входят в запятнанное освобождение ума, освобождение мудростью и пребывают в них, реализовав эти состояния для себя посредством прямого знания. В этом отношении я не вижу какого-либо основания, на котором отшельник, жрец, дэва, Мара, Брахма или кто-либо в мире мог бы аргументированно упрекнуть меня: «По таким-то и таким-то причинам ты не провозгласил хорошо своим ученикам практику, ведущую к ниббане, таким образом, что... посредством прямого знания». Поскольку я не вижу ни одного подобного основания, я пребываю спокойным, бесстрашным, уверенным в себе.

(7) Монахи, моё собрание состоит из многих сотен учеников, которые с уничтожением пятен [загрязнений ума] здесь и сейчас входят в незапятнанное освобождение ума, освобождение мудростью и пребывают в них, реализовав эти состояния для себя посредством прямого знания. В этом отношении я не вижу какого-либо основания, на котором отшельник, жрец, дэва, Мара,
Брахма или кто-либо в мире мог бы аргументированно упрекнуть меня: «По таким-то и таким-то причинам не так оно, что твоё собрание состоит из многих сотен учеников, которые, с уничтожением пятен... посредством прямого знания». Поскольку я не вижу ни одного подобного основания, я пребываю спокойным, бесстрашным, уверенным в себе.

Таковы три вещи, в отношении которых Татхагата не подлежит упрёку.

Монахи, таковы четыре вещи, которых Татхагате нет необходимости скрывать, а также три вещи, в отношении которых он не подлежит упрёку».