Саккачча сутта: Уважение

И затем, по мере того как достопочтенный Сарипутта пребывал в затворничестве, следующее раздумье возникло у него в уме: «Что монаху следует чтить и уважать и в зависимости от чего ему нужно пребывать, так чтобы он смог отбросить неблагое и развить благое?»

И тогда мысль пришла к нему: «(1) Монах должен чтить и уважать Учителя и пребывать в зависимости от Учителя, так чтобы он смог отбросить неблагое и развить благое. (2) Он должен чтить и уважать Дхамму и пребывать в зависимости от Дхаммы… (3) Сангху… (4) практику… (5) сосредоточение… (6) прилежание… (7) гостеприимство, так чтобы он смог отбросить неблагое и развить благое».

И тогда мысль пришла к достопочтенному Сарипутте: «Эти качества были очищены и отмыты во мне. Что, если я отправлюсь к Благословенному и расскажу ему о них? Так они станут очищенными во мне [ещё больше] и ещё больше будут известны как очищенные. Это как если бы человек нашёл слиток золота, очищенный и отмытый. И мысль пришла бы к нему: «Этот мой слиток золота очищен и отмыт. Что, если я пойду и покажу его золотых дел мастерам? И затем, когда этот мой слиток золота будет показан золотых дел мастерам, он будет очищен [ещё больше] и будет ещё больше известен как очищенный». Точно так же, эти качества были очищены и отмыты во мне. Что, если я отправлюсь к Благословенному и расскажу ему о них? Так они станут очищенными во мне [ещё больше] и ещё больше будут известны как очищенные».

И тогда, вечером, достопочтенный Сарипутта вышел из затворничества и отправился к Благословенному. Он поклонился ему, сел рядом и сказал:

«Уважаемый, по мере того как я пребывал уединённым в затворничестве, следующее раздумье возникло у меня: «Что монаху следует чтить… Так они станут очищенными во мне [ещё больше] и ещё больше будут известны как очищенные».

«Хорошо, хорошо, Сарипутта! Монах должен чтить и уважать Учителя и пребывать в зависимости от Учителя, так чтобы он смог отбросить неблагое и развить благое. Он должен чтить и уважать Дхамму и пребывать в зависимости от Дхаммы… Сангху… практику… сосредоточение… прилежание… гостеприимство, так чтобы он смог отбросить неблагое и развить благое».

Когда так было сказано, достопочтенный Сарипутта сказал Благословенному: «Уважаемый, вот как я понимаю в подробностях значение утверждения, сказанного Благословенным вкратце:

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, мог бы иметь уважение к Дхамме. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, также нет уважения и к Дхамме.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю и Дхамме, мог бы иметь уважение к Сангхе. У монаха, у которого нет уважения к Учителю и Дхамме, также нет уважения и к Сангхе.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме и Сангхе, мог бы иметь уважение к практике. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме и Сангхе, также нет уважения и к практике.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе и практике, мог бы иметь уважение к сосредоточению. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе и практике, также нет уважения и к сосредоточению.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению, мог бы иметь уважение к прилежанию. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению, также нет уважения и к прилежанию.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению, прилежанию, мог бы иметь уважение к гостеприимству. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению, прилежанию, также нет уважения и к гостеприимству.

[И наоборот], не может быть такого, уважаемый, чтобы у монаха, у которого есть уважение к Учителю, не было бы уважения к Дхамме. У монаха, у которого есть уважение к Учителю, есть и уважение к Дхамме.

Не может быть такого, уважаемый, чтобы у монаха, у которого есть уважение к Учителю и Дхамме… к Учителю, Дхамме и Сангхе… к Учителю, Дхамме, Сангхе и практике… к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике и сосредоточению… к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению и прилежанию, не было бы уважения к гостеприимству. У монаха, у которого есть уважение к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению и прилежанию, есть и уважение к гостеприимству.

Вот как, уважаемый, я понимаю в подробностях значение утверждения, сказанного Благословенным вкратце».

«Хорошо, хорошо, Сарипутта! Хорошо, что ты так понимаешь в подробностях значение утверждения, сказанного мной вкратце. Действительно, Сарипутта, не может быть такого, чтобы монах, у которого нет уважения к Учителю, мог бы иметь уважение к Дхамме. У монаха, у которого нет уважения к Учителю, также нет уважения и к Дхамме……У монаха, у которого есть уважение к Учителю, Дхамме, Сангхе, практике, сосредоточению и прилежанию, есть и уважение к гостеприимству.

Вот каким образом, Сарипутта, следует в подробностях понимать значение утверждения, сказанного мной вкратце».