Гухаттхака сутта: Восьмёрка о пещере

В пещере застрявший и плотно укрытый,
[С умом], в замешательстве что утонул, –
Такой от уединения далёк,
Ведь трудно услады оставить в миру. (1)
Пленён наслаждением существования
И [прочно] в желании укоренён.
Непросто оставить [всё это] ему,
Свободы посредством других не достичь.
И прошлым, и будущим обеспокоен,
И хочет и прошлых, и этих услад. (2)
Он жаждет услад, он настроен на них –
Скупой, сбитый с толку, устойчив в порочном.
Но плачет, как только встречает страдание:
"Что станется с нами, когда мы умрём?" (3)
Поэтому здесь проходи тренировку:
Всё то, что неправедным знаешь в сём мире, –
Неправедно в этом не поступай,
Ведь жизнь коротка, по словам мудрецов. (4)
Я вижу, как люди в сём мире трепещут,
Привязаны к существованиям разным;
Те низшие люди лепечут пред смертью,
Ведь жаждут различных существований. (5)
Трепещут над всем, что "своим" полагают,
Как рыба [трепещет] в иссохшем ручье.
"Своим" посему ничего не считай,
К существованию цепляние отринь. (6)
Свободный от жажды, постигнув контакт,
Желание к обоим концам устранив,
Не делая так, что винил бы себя,
Мудрец не пятнается слышимым, зримым. (7)
Если постиг восприятие ты,
Можешь тогда и потоп пересечь.
Мудрый владением не запятнан,
Дротик изъят, он прилежным живёт.
[Больше] не хочет он этого мира,
[Больше не хочет и мира] другого. (8)